Уже второй месяц Наташа складывала часть каждой зарплаты в отдельный конверт. На нём было написано: «Ване на брекеты». Сыну недавно исполнилось двенадцать, постоянные зубы росли неровно, а ортодонт прямо предупредил: если начать исправлять прикус сейчас, лечение пройдёт быстрее и даст лучший результат. Правда, весь курс с установкой системы и последующими корректировками стоил почти сто восемьдесят тысяч.
— Будем собирать постепенно, — сказал Сергей, изучив расчёт из стоматологической клиники. — У нас есть небольшие накопления, потом станем откладывать с каждой получки. Думаю, к весне нужная сумма наберётся.
Наташа согласилась и начала экономить. Вместо обедов в кафе возле офиса она брала с собой домашнюю еду. Решила не покупать новую куртку, хотя на старой уже несколько сезонов протирались локти. Даже замену зимних шин отложила ещё на месяц. Каждая сбережённая тысяча оказывалась в конверте, спрятанном в самом дальнем ящике комода.
В первый месяц деньги прибавлялись по плану. Во второй накопления стали расти значительно медленнее. Наташа регулярно проверяла приложение, где учитывала доходы и семейные расходы, и заметила несколько переводов, которых сама не делала.
— Серёж, здесь перечисление на пятнадцать тысяч, — сказала она, показав мужу экран. — Кому ты отправил деньги?
— Маме, — ответил Сергей, продолжая ужинать. — У неё сломался водонагреватель, пришлось срочно покупать новый.
Наташа ничего не сказала и только кивнула. Спустя две недели в истории операций появился ещё один перевод — теперь на двадцать тысяч.
— Снова твоей маме? — спросила она, уже зная ответ.
— Ей понадобились новые очки, — Сергей равнодушно пожал плечами. — Зрение ухудшилось, старые линзы больше не подходят. Без очков она почти ничего не видит.
Каждый раз находилась новая причина. То у Марины Ивановны поднималось давление и требовались дорогостоящие препараты. То соседи сверху устроили потоп, из-за которого нужно было делать ремонт. То свекровь просто просила о помощи, а сыну, по его словам, было неудобно ей отказывать. Наташа выслушивала объяснения, а сумма на лечение Вани увеличивалась всё медленнее, словно невидимая рука постоянно забирала из конверта часть купюр.
Марина Ивановна жила одна в просторной трёхкомнатной квартире в центре города. После развода с отцом Сергея жильё осталось ей, а позднее она получила от собственных родителей небольшой дом в области. Пенсия у женщины была обычной, зато привычки соответствовали совсем другому уровню доходов. Каждые несколько лет она приобретала новую шубу, пользовалась дорогой косметикой, ездила отдыхать на курорты. Недавно заказала кухню из натурального дерева, хотя прежний гарнитур оставался вполне приличным. Денег на подобный образ жизни свекрови постоянно не хватало, но недостающие суммы неизменно находились у её сына.
— Серёжа, тебе нужно поговорить с матерью, — не раз просила Наташа, уставшая от нескончаемых чрезвычайных расходов. — Мы собираем деньги на лечение Вани. У нас есть конкретная и действительно важная цель. Но накопления постоянно исчезают непонятно куда.
— Почему непонятно? — обижался муж. — Мы помогаем моей маме. Она живёт одна, ей непросто.
— Ей непросто потому, что она не умеет соотносить желания с доходами, — Наташа старалась сохранять ровный тон, хотя раздражение накапливалось. — Вместо лечения собственного ребёнка мы оплачиваем её меха, новую мебель и поездки.
— Потерпи ещё немного, — привычно просил Сергей. — Мама уже немолодая. Сколько ей осталось радоваться? А брекеты можно поставить на полгода позже. Ничего страшного ведь не произойдёт.
После подобных слов Наташа обычно замолкала. У неё больше не оставалось сил по кругу повторять одни и те же доводы. Каждый разговор завершался одинаково: Сергей обещал, что в следующем месяце не переведёт матери ни рубля, а вскоре у Марины Ивановны снова возникала очередная «неотложная необходимость».
Незадолго до юбилея свекрови конверт с накоплениями стал настолько тонким, что Наташа дважды пересчитала его содержимое. Она не могла поверить увиденному. Из ста тысяч там осталось всего тридцать пять.
— Сергей, — сказала она, разложив купюры на кухонном столе, — куда делись остальные деньги?
На этот раз муж даже не попытался придумать историю о сломанной технике.
— Они пошли на мамин юбилей, — признался он, отводя глаза. — Всё-таки круглая дата. Она решила арендовать банкетный зал и пригласить много людей. Ей не хватило на помещение и обслуживание гостей.
— Правильно ли я поняла? — медленно спросила Наташа, словно пыталась осознать произнесённое. — Ты забрал деньги, которые мы откладывали на лечение сына, и оплатил ими мамин банкет?
— А что я должен был сделать? — Сергей развёл руками. — Мать попросила помочь. Для Вани задержка на несколько месяцев не смертельна.
Наташа не стала спорить.
Она молча вернула оставшиеся купюры в конверт, закрыла ящик комода и вышла из кухни.