Вместо этого Наташа позвонила Лене.
— Натка, — после продолжительного молчания произнесла подруга. — Ты сейчас дома одна?
— Одна.
— Тогда внимательно меня послушай. В субботу у меня день рождения, ты ведь не забыла? Ты обязательно придёшь. Соберутся все наши, будет вкусная еда, музыка и много людей. Никаких отказов я не принимаю. Ты поняла?
Наташа собиралась сказать, что не сможет. Однако Лене всегда было трудно отказывать — вовсе не потому, что она умела давить, а потому, что за каждым её словом ощущалось неподдельное беспокойство. Поэтому Наташа ответила: «Ладно».
Следующие несколько дней прошли словно в тумане. Наташа связывалась с клиникой, выясняла подробности лечения и задавала вопросы о назначенной схеме. Она слушала ответы, делала заметки и машинально кивала. Денег больше не было — это оставалось фактом, который требовалось как-то принять и решить, но сил на поиски выхода не оставалось. Казалось, будто из неё извлекли внутреннюю опору, а тело продолжало двигаться исключительно по инерции: нужно вставать с постели, принимать пищу, делать вдох за вдохом.
Об Игоре она почти не вспоминала. Такая реакция казалась непривычной и даже тревожила её. Наташа ожидала отчаяния, злости и нескончаемых слёз, но внутри разлилась лишь огромная ватная пустота. Словно в глубине души она давно обо всём догадывалась и теперь получила окончательное подтверждение.
Лена жила на пятом этаже старого дома, в тёплой квартире с высокими потолками. Когда Наташа нажала на звонок, за дверью уже звучал громкий смех и чувствовался аромат домашней выпечки.
— Всё-таки пришла! — Лена крепко прижала её к себе и долго не отпускала. — Выглядишь неплохо. Конечно, это неправда, но держишься ты замечательно.
В комнатах собралось около двенадцати человек — в основном знакомые. Одни приветственно кивали Наташе, другие подходили и обнимали. Она налила себе сок, отошла к окну и стала смотреть на улицу, залитую мягким вечерним светом.
— Наташа?
Она повернулась на голос.
Перед ней стоял высокий темноволосый мужчина с короткой стрижкой. На его лице застыло знакомое выражение человека, неожиданно встретившего кого-то из далёкого прошлого и ещё не уверенного, не обознался ли он.
— Тимур? — едва слышно спросила она.
Мужчина улыбнулся, и теперь все сомнения исчезли. Улыбка осталась прежней — чуть кривая, с характерным прищуром правого глаза.
— А ты совсем не поменялась.
— Неправда, — ответила Наташа и внезапно ощутила, как внутри неё понемногу тает лёд.
В школьные годы Тимур был её самым близким другом. Это была лёгкая дружба, которая возникла сама собой — из одинаковых книг, совместных дорог домой и бесконечных бесед обо всём на свете и ни о чём конкретном. Позже его родители уехали работать за границу. Как выяснилось, надолго. Какое-то время они с Наташей продолжали переписываться, но постепенно сообщения становились всё реже, пока общение не прекратилось совсем. Так нередко происходит, когда люди ещё молоды и каждый занят собственной жизнью.
Они разговаривали почти весь вечер. Поначалу осторожничали, пытаясь найти утерянную нить, затем беседа потекла свободно. Вскоре выяснилось, что годы разлуки почти ничего не изменили: им по-прежнему было так же легко друг с другом, как в шестнадцать.
О случившемся Наташа поведала коротко, без подробностей. Болезнь, исчезнувшие деньги, сбежавший супруг. Тимур слушал её внимательно и молча.
Он не перебивал, не ахал и не демонстрировал нарочитого сочувствия. Просто позволил ей говорить, и почему-то именно это помогало сильнее любых утешительных фраз.
— В какой клинике ты сейчас проходишь лечение? — наконец поинтересовался он.
— Пока ни в какой. Сначала нужно решить вопрос с деньгами.
Тимур ненадолго замолчал.
— Ясно, — произнёс он. — Можно завтра к тебе заехать?
На следующий день в половине десятого утра Наташа заканчивала пить кофе, когда раздался его звонок.
— Спускайся. Я приготовил тебе сюрприз.
Наташа вышла из подъезда. Тимур ждал возле машины — не самой новой, однако ухоженной и явно недешёвой. Увидев её, он улыбнулся и привычно прищурился.
— Садись.
— Куда ты меня везёшь?
— Если расскажу, сюрприза уже не получится.
Они пересекли почти весь город. Наташа молча смотрела за окно и больше ни о чём не спрашивала. Машина остановилась возле здания с неброской, но приятной вывеской частного медицинского центра.
— Тимур…
— Пожалуйста, зайди внутрь. Там тебя уже ожидают.
В клинике царили тишина и порядок, а обстановка совершенно не напоминала холодные казённые больничные коридоры. Пока Наташа беседовала с внимательным и обстоятельным доктором, задававшим точные вопросы, Тимур куда-то отлучился. Он вернулся к концу консультации и положил на стойку администратора конверт.
— Здесь сумма за полный курс лечения и все обследования, — объяснил он Наташе. — Я уже всё оплатил.
Она растерянно раскрыла рот.
— Подожди, — остановил её Тимур. — Я прекрасно понимаю, что ты сейчас скажешь. Ты собираешься отказаться.