Аркадий выпрямился, будто ждал этого вопроса.
— Да по-разному. Кручусь. Есть проекты, есть идеи. Сейчас один крупный замысел прорабатываю, ищу инвестиции. Но это всё сложные вещи, не будем забивать вашу хорошенькую голову цифрами.
Марина сдержанно улыбнулась.
— А чем вы увлекаетесь, когда есть свободное время?
— Свободного времени у меня почти нет, — важно сказал он. — Я человек дела. Голова постоянно занята серьезными вопросами. А ты, Марина, кем работаешь?
— Бухгалтером. В небольшой торговой компании.
Аркадий едва заметно скривился.
— Бухгалтер… Ну, профессия нужная. Стабильная. Скоро пенсия, наверное.
— Я пока на пенсию не собираюсь, — спокойно ответила Марина. — Мне нравится работать.
Они дошли до небольшого кафе у парка.
— Давай зайдем, кофе выпьем, — предложил Аркадий. — А то прохладно.
Марина согласилась. Ей хотелось надеяться, что в помещении разговор станет теплее и легче.
Они сели у окна. Подошел официант.
— Мне американо без сахара, — сказал Аркадий. Потом, не глядя на Марину, добавил: — И даме тоже американо.
— Я бы взяла капучино, — мягко сказала Марина.
Аркадий посмотрел на неё так, будто она попросила бутылку шампанского за его счет.
— Капучино — это баловство. От него только лишний вес. Американо полезнее, бодрит.
Марина промолчала, но неприятный осадок уже появился.
Когда принесли кофе, Аркадий долго рассматривал счет, хотя там было всего две позиции.
— Цены, конечно, совсем совесть потеряли, — пробормотал он, доставая из потрепанного кошелька ровно половину суммы. — Марина, ты ведь современная женщина? За равноправие? Тогда каждый платит за себя. Так честно.
Марина без спора достала деньги, оплатила свой кофе и оставила официанту чаевые.
Аркадий неодобрительно покачал головой.
— Деньгами разбрасываешься. На эти чаевые можно было хлеб купить.
— Это мои деньги, Аркадий, — холодно ответила Марина. — И я сама решаю, как ими распоряжаться.
Разговор окончательно перестал складываться.
Аркадий критиковал всё подряд: погоду, цены, молодежь, врачей, соседей, женщин, которые «сильно много хотят», и мужчин, которые «разучились быть хозяевами жизни». Марина слушала его всё менее внимательно и думала только о том, как бы поскорее завершить эту встречу.
И вдруг Аркадий сменил тон.
Он откинулся на спинку стула, закинул ногу на ногу и посмотрел на неё снисходительно.
— Знаешь, Марина, я человек прямой. Не люблю тратить время на пустые разговоры. Ты женщина приятная, ухоженная. Наверное, и готовишь неплохо. Но…
Он сделал паузу, будто собирался произнести что-то особенно значительное.
— Но? — Марина уже чувствовала, что сейчас услышит нечто запоминающееся.
— Понимаешь, я мужчина видный, — сказал Аркадий. — Солидный. У меня амбиции, планы, проекты. Рядом со мной должна быть женщина соответствующего уровня. Статусная.
Марина медленно подняла бровь.
— Статусная — это какая?
— Ну как какая… С положением. Со связями. Желательно с хорошей квартирой в центре. Чтобы, когда я появлялся с ней в обществе, все понимали: вот женщина Аркадия. А ты… ну, без обид, бухгалтер, вдова, квартира, скорее всего, в обычном районе. Простая женщина. Почти пенсионерка.
Марина не сразу поняла, смеяться ей или обижаться.
Ситуация была до такой степени нелепой, что казалась почти театральной. Перед ней сидел пятидесятилетний «предприниматель» без понятного бизнеса, приехавший на старой «Калине», с трудом оплативший свой американо, и рассуждал о статусе, связях и женщинах «его уровня».
— То есть вам нужна женщина с недвижимостью, положением и полезными знакомствами, чтобы она соответствовала вашему масштабу? — уточнила Марина, едва сдерживая улыбку.
— Именно! — обрадовался Аркадий, не уловив иронии. — Женщина должна усиливать мужчину. Быть его лицом, его визитной карточкой. А что можешь дать ты? Ужин, чистую рубашку и домашний уют? Для мужчины моего полета этого мало.
Марина спокойно допила остывший кофе, промокнула губы салфеткой и посмотрела ему прямо в глаза.
— Знаете, Аркадий, в одном вы правы. Я действительно обычная женщина. Живу не в центре, люблю свой район, умею печь пироги и не вращаюсь в высших кругах. Но у меня есть то, чего, как я вижу, вам очень не хватает.
— И что же? — насторожился он.
— Самоуважение. И здравое восприятие реальности. Я не ищу мужчину, чтобы решить его финансовые или статусные проблемы. И быть чьей-то визитной карточкой в непонятных проектах тоже не собираюсь. Мне нужен человек для души, партнер, а не мужчина, который ищет удобную женщину с ресурсами.
Аркадий покрылся красными пятнами.
— Да как ты смеешь! Я тебе говорю о серьезных вещах, о статусе, о будущем, а ты меня выставляешь каким-то альфонсом? Да ты знаешь, сколько женщин мечтали бы оказаться на твоем месте?
— Желаю им терпения, — спокойно сказала Марина, поднимаясь из-за стола. — Надеюсь, они оценят вашу “ласточку”, экономию на капучино и высокий полет мысли.
Она взяла сумку.
— Прощайте, Аркадий. И удачи вам в поисках статусной женщины. Только советую заранее уточнять, согласна ли она быть приложением к вашим амбициям.
Марина вышла из кафе и вдохнула прохладный осенний воздух. С каждой секундой неприятный осадок от встречи становился слабее.
Да, первое свидание после долгого перерыва оказалось неудачным. Но она не расстроилась. Напротив, ей стало даже легче. Эта встреча очень быстро показала ей главное: она не готова менять свое спокойствие, достоинство и уютную жизнь на иллюзию отношений с мужчиной, который ценит женщину не за душу, а за выгоду.
Дома её ждали Барсик, теплый плед и недовязанный шарф.
И в тот вечер Марина Сергеевна неожиданно почувствовала себя совершенно счастливой.
Потому что одиночество — это не когда ты пьешь чай одна. Одиночество — это когда рядом человек, который смотрит на тебя как на ступеньку к своим мечтам, а не как на живого человека.
Истории с сайтов знакомств бывают разными. Там действительно можно встретить достойных людей. Но порой за красивыми фотографиями, громкими словами и пафосными фразами скрываются завышенные ожидания, пустые карманы и полное отсутствие самокритики.
А вам встречались такие «статусные» женихи или невесты? Как думаете, что ими движет — наглость, глупость или отчаянное желание устроиться за чужой счет?