— Дамочка, у вас с головой порядок? — наконец спросил он. — Как это не ваш? Вы же жена его отца.
— Вот именно, что жена, — Вера застегнула молнию на сумке и только после этого повернулась к ним. Лицо у неё было спокойным, почти пустым. — Со мной всё в порядке. Даже очень. Наконец-то. Поэтому… всего доброго.
Ренат помолчал несколько секунд, потом неожиданно усмехнулся, отпустил Игоря и кивнул своему напарнику, которого звали Григорий.
— Ладно, Гриша, пошли. А с тобой, парень, мы ещё увидимся, — бросил он Игорю. — Пока гуляй.
Они вышли. Вера, не глядя на пасынка, надела куртку, закинула сумку на плечо и направилась к двери.
— Ты куда собралась? — зло прошипел Игорь ей в спину. — Ты зачем их впустила? Ты, овца, из-за тебя всё!
Вера остановилась у самого порога. На секунду замерла, потом открыла дверь и, даже не повернув головы, сказала:
— Прощай, Игорь.
Дверь закрылась.
Часть 2. Пепел надежды
Три года назад Вера считала себя счастливой. Или, по крайней мере, почти счастливой. У неё была своя маленькая пекарня «Верины сладости» на окраине города Солнечный. Место было не слишком проходное, но торты и пирожные у неё выходили такими, что сарафанное радио работало лучше любых рекламных вывесок. Вера вставала в четыре утра, замешивала тесто, пекла эклеры, корзиночки, наполеоны, медовики. Мама, Зинаида Павловна, иногда помогала с кассой и уборкой, но в основном Вера тянула всё сама. На личную жизнь у неё не оставалось ни времени, ни сил. Да и желания, если честно, тоже не было.
Зинаида Павловна, женщина энергичная, с вечно горящими глазами и непреодолимым желанием устроить судьбу единственной дочери, каждый раз, приходя к Вере, начинала одну и ту же песню:
— Верочка, ну ты на себя посмотри! Тридцать пять лет, красавица, хозяйка, руки золотые, а всё одна. Вот тётя Катя из Саратова звонила. У её Петровича племянник есть, хирург, разведённый, квартира в центре, машина. Слетай, развейся. И людей увидишь, и себя покажешь.
— Мам, — устало отвечала Вера, вытирая руки о фартук, — какой ещё Саратов? Какая тётя Катя? Мне завтра три торта отдавать и ещё в сад за Егоркой успеть. Некогда мне женихов смотреть.
Но Зинаида Павловна была женщиной упорной. И когда у тёти Кати, как назло, «прихватило спину», Вера, стиснув зубы, всё-таки сдалась. Полетела. Саратов встретил её сырым ветром и нервной суетой. Тётя Катя оказалась бодрой старушкой, которая скакала по квартире так, будто никакой спины у неё никогда не болело. А в гостиной уже чинно сидел тот самый «племянник Петровича» — хирург Валерий. Лет пятидесяти, солидный, лысоватый. Весь вечер он рассказывал о сложной операции на желчном пузыре и смотрел на Веру оценивающе, прищурив глаза.
На прощание, с позволения тёти Кати, он вручил Вере огромный букет сухоцветов и спросил, можно ли иногда ей писать. Вера сделала вид, что не услышала вопроса, и быстро нырнула в подъехавшее такси.
В самолёте её наконец разобрал смех. Она сидела у иллюминатора, прикрывала рот ладонью и беззвучно тряслась от хохота. Ну мама! Ну устроила! Сухоцветы! Да это же почти пророчество какое-то…
— Девушка, у вас потрясающая улыбка. Такая светлая. Не смог пройти мимо. Можно присесть рядом?
Она подняла глаза. Рядом стоял мужчина в дорогом костюме, с открытым приятным лицом и слегка посеребрёнными висками. Взгляд у него был спокойный, уверенный. Обручального кольца на пальце не было. Вера сама не поняла почему, но кивнула.
Так в её жизни появился Дмитрий.
Он договорился с соседом по ряду, и через несколько минут уже сидел рядом с ней. Они проговорили весь полёт. Дмитрий оказался руководителем крупного строительного холдинга, разведённым мужчиной с сыном-подростком. О сыне он говорил с нежностью и тревогой одновременно: «Без отца растёт, мать его балует, боюсь, совсем от рук отобьётся». Вера слушала и чувствовала, как внутри разливается тёплая волна. Он казался ей таким надёжным, таким взрослым, таким правильным.
Ухаживал Дмитрий красиво. Цветы, рестораны, короткие нежные сообщения. Зинаида Павловна была в восторге. «Вот видишь! Не Саратов, так судьба сама в небе тебя нашла!» Вера влюбилась. Впервые за много лет она разрешила себе быть слабой. Разрешила поверить, что сказки иногда случаются не только с другими.
Через полгода они поженились.
Накануне свадьбы Дмитрий отвёл Веру в сторону, взял за руки и серьёзно посмотрел ей в глаза:
— Веруня, есть один момент. Завтра будут мои: мама, Клавдия Васильевна, сын Игорь и… Лариса, бывшая жена. Только на регистрацию. Игорь не может пропустить, он всё-таки мой сын. А Лариса придёт просто поддержать его. Она даже в зал не зайдёт. Ты только не переживай, хорошо?
Вера, окрылённая счастьем, только махнула рукой. Ну что такого? Ребёнок есть ребёнок.
На регистрацию Игорь пришёл в аккуратном костюме с бабочкой, светлые волосы зачёсаны набок, лицо каменное.
— Привет, Игорёк! — улыбнулась ему Вера.