— Он обманул вас всех, — продолжила я, повернувшись к Валентине Петровне. — И тебя, и Гену. Похоже, даже самого себя убедил в этой выдумке.
— Может, прекратишь устраивать представление на мамином юбилее?! — раздражённо пробормотал Виктор, оглядывая гостей.
— Представление устроил ты, когда начал рассказывать неправду, — ответила я. — А я всего лишь поставила точку.
Я забрала сумку со стула и вышла.
Не стала ждать ни праздничного торта, ни новых объяснений.
На улице сразу вызвала такси.
Всю дорогу домой смотрела в окно и пыталась понять, зачем Виктору понадобилась эта нелепая ложь.
Ведь можно было просто ничего не говорить о нашей ссоре, деньгах и его возвращении.
Дома меня встретили пустота и тишина.
И впервые за весь вечер я смогла свободно вздохнуть.
Правда, облегчение оказалось недолгим.
Я слишком хорошо знала мужа.
Виктор не привык проигрывать и наверняка собирался придумать новый способ добиться своего.
Через два дня раздался стук в дверь.
На пороге стоял Виктор с букетом тюльпанов.
Выражение его лица было настолько виноватым, что я даже не сразу узнала привычного самоуверенного человека.
— Алла, я всё обдумал, — тихо произнёс он, почти робко протягивая цветы. — Давай вместе поедем в Сочи. Все расходы возьму на себя, обещаю. Хочу исправить то, что натворил.
Я поставила тюльпаны в вазу.
И впервые за долгое время позволила себе перестать самостоятельно высчитывать стоимость билетов и подходящие даты.
Виктор говорил убедительно.
Даже открыл на телефоне несколько сайтов с приморскими гостиницами.
Я решила ему поверить.
Приостановила собственные поиски, хотя на всякий случай сохранила несколько понравившихся вариантов.
— Завтра внесу предоплату за гостиницу, — заверил муж вечером.
Прошла неделя.
Когда я поинтересовалась билетами, Виктор небрежно отмахнулся:
— Подожди немного. Есть вариант с горящей путёвкой, получится намного дешевле. Я уже связался с турагентом. Обещал скидку почти тридцать процентов.
Минуло ещё семь дней.
Объяснение практически не изменилось.
— Агент пока не выходит на связь. Я ему уже трижды звонил. Потерпи ещё пару дней, не подгоняй меня!
Я решила самостоятельно уточнить цены.
Позвонила знакомой, работавшей в туристическом агентстве на соседней улице.
Попросила узнать, сколько действительно стоят перелёт и проживание в Сочи на интересующие меня даты.
Оказалось, реальные цены были заметно ниже тех сумм, которые называл Виктор.
Это вызвало у меня неприятные подозрения.
Но я заставила себя отогнать тревожные мысли.
Ведь муж обещал всё организовать.
Знакомая предложила самостоятельно оформить бронирование за небольшое вознаграждение.
Я отказалась.
Не хотелось вмешиваться в инициативу Виктора.
Однако после разговора поймала себя на мысли, что, возможно, снова сознательно позволяю себя обманывать.
На третьей неделе муж прислал сообщение.
Написал, что забыл зарядное устройство на даче у Гены, и попросил меня заехать за ним после работы.
Дача находилась почти по дороге.
Я согласилась, не заподозрив ничего необычного.
Когда приехала, компания уже расположилась в беседке.
За столом оживлённо разговаривали, смеялись, звенели стаканами.
— Так что, в субботу на рыбалку со мной едешь? — спросил Гена, разливая чай. — Я ведь для тебя место приготовил, уже целую неделю прикармливаю!
— Конечно, еду! — ответил Виктор.
Он ещё не заметил меня возле входа в беседку.
— А Аллу отправлю к матери картошку выкапывать. Всё равно ей в выходные заняться нечем.
— А как же Сочи? — невольно вырвалось у меня.
Виктор вздрогнул и резко обернулся.
Разговоры мгновенно стихли.
Гена, успевший выпить несколько рюмок, неожиданно расхохотался.
— Какое ещё Сочи?! — воскликнул он, хлопнув ладонью по столу так, что стаканы подпрыгнули. — Витёк мне ещё месяц назад сказал, что никуда вас не повезёт! Мы даже на три тысячи рублей поспорили, что ты сама первая начнёшь мириться, как всегда!
— Гена, заткнись! — зло прошипел Виктор.
Но было поздно.
Теперь я знала правду: никакой поездки муж не планировал. Моё примирение стало для него всего лишь поводом для очередного пари с приятелем.
Компания дружно рассмеялась.
Кто-то захлопал.
Жена Гены прыснула, прикрыв рот ладонью.
Молодой сосед, сидевший на дальнем конце стола, присвистнул и покачал головой.
Я стояла у входа в беседку.
Щёки пылали от унижения, но голос оставался удивительно ровным.
— А поездка к твоей матери на картошку тоже входила в этот замечательный план? — тихо спросила я. — Или ты только сейчас придумал, когда я неожиданно появилась?
Виктор открыл рот.
Но ничего не произнёс.
Гена посмотрел на приятеля с некоторым сочувствием, однако защищать его не стал.
Видимо, решил, что уже наговорил достаточно.
— Да перестань, Алла, чего ты так завелась! — попытался вмешаться один из гостей. — Мужики просто пошутили!
— А три тысячи рублей тоже шуточные? — поинтересовалась я. — Или деньги на самом деле поставили?