— Успеешь за месяц съехать? — эти слова мать произнесла буднично, помешивая борщ на плите. — Я квартиру, доченька, брату отдам.
Вера застыла в дверях кухни, продолжая держать пакеты с продуктами:
— Что значит отдам? Мам, ты это сейчас серьёзно?
— А что такого? — Галина Николаевна даже не обернулась. — Виталик из армии возвращается. Ему жить где-то надо. Вот пусть здесь и живёт.
— А мы с Алёшкой? Нам куда?
— Ну не маленькая уже, что-нибудь придумаешь, — мать наконец повернулась к дочери. — Можешь пока у меня пожить. Места, конечно, мало, но…
Пакеты выскользнули из рук. По полу раскатились яблоки. Одно остановилось у порога, будто раздумывая – укатиться в коридор или остаться на кухне.
— Мам, но я же здесь пять лет живу. Ремонт сделала, мебель купила…
— Вот мебель и заберёшь, — Галина Николаевна вернулась к борщу. — И вообще, я тебе просто пожить разрешила. Временно. А квартира-то моя, бабушка мне её завещала.
Вера медленно опустилась на табурет. В голове не укладывалось. Пять лет она считала эту квартиру своим домом. Здесь Алёшка сделал первые шаги. Здесь она плакала ночами после развода. Здесь начала новую жизнь…
— А Виталик знает? — тихо спросила она.
— А что Виталик? Брат он тебе или кто? Должен же парень где-то жить. Ему семью создавать пора.
«Семью создавать». Вера горько усмехнулась. Её младший брат, которого она в детстве водила за ручку в садик, пока мать пропадала на работе. Виталик, которого она прикрывала перед родителями, когда он прогуливал школу. Виталик, который…
— Мам, а ты помнишь, как он год назад…
— Ничего не хочу слышать! — мать стукнула половником по краю кастрюли. — Молодой был, глупый. В армии всё переосмыслил. Вон, какие письма хорошие писал.
Письма. Три письма за год службы. Вера сама относила на почту десятки конвертов с материнскими посланиями. А от брата – три письма с казёнными фразами.
— В садик Алёшу завтра сама отведёшь, — Галина Николаевна выключила плиту. — Мне с утра в ЖЭК надо, документы на квартиру оформлять.
— Какие документы? — Вера начала собирать рассыпанные яблоки, чтобы занять дрожащие руки.
— Обычные. Виталика надо прописать, временную регистрацию сделать.
— А нас с Алёшей выписать, да?
Мать промолчала, гремя посудой. Это молчание было красноречивее любых слов.
— Мам, — Вера поднялась с колен, — давай хотя бы обсудим это? Вместе с Виталиком, когда он вернётся.
— Нечего обсуждать! — отрезала Галина Николаевна. — Я решила – значит, так и будет. И вообще, что ты как маленькая? У тебя работа хорошая, снимешь квартиру.
«Хорошая работа». Вера едва сдержала горький смех. Её зарплаты бухгалтера в небольшой фирме едва хватало на еду, одежду для растущего сына и кружок английского, о котором Алёша так мечтал. Только отсутствие арендной платы позволяло им жить более-менее нормально.
— Знаешь, — Вера выпрямилась, — а бабушка была против.
— Чего это она была против? — мать насторожилась.
— Того, чтобы квартиру Виталику отдавать. Помнишь, что она говорила в последний год? «Вере с малышом нужен свой угол».
Галина Николаевна отвернулась к окну:
— Мало ли что она говорила. Завещание на моё имя – значит, моя квартира. Что хочу, то и делаю.
— А письмо её помнишь?
— Какое ещё письмо?
— То самое, — Вера подошла к серванту и достала из верхнего ящика пожелтевший конверт. — Которое она просила отдать тебе после…
— Не надо! — мать вскинула руку, словно защищаясь. — Не хочу ничего слышать. Решение принято. Через месяц чтобы вещи были собраны.
В прихожей хлопнула дверь – соседка привела из детского сада Алёшу.
— Мама, мамочка! — звонкий голос разнёсся по квартире. — А мы сегодня птичку рисовали! Бабушка, привет!
Галина Николаевна молча вышла из кухни. Через минуту стукнула входная дверь.
Вера достала телефон, нашла номер брата. Гудки, гудки, автоответчик. Она знала, что в армии телефоны забирают, но всё равно набирала раз за разом. На пятый раз трубку сняли.
— Алло, — незнакомый женский голос. — Вы Виталию?
— Да, я его сестра. А вы…
— Я Света, его девушка. Виталик сейчас не может подойти, он на построении, наверное.
— На построении? — Вера нахмурилась. — А почему у вас его телефон?
— Так он мне передал, чтобы я квартиру искала, — голос в трубке звучал беззаботно. — Мы же поженимся, как только он вернётся.
Вера медленно опустилась на стул:
— Какую квартиру?
— Ну как какую? Ту, которую его мама обещала отдать. Виталик сказал, что мать передаёт ему бабушкину однушку. Конечно, район не фонтан, но если ее продать, то на первый взнос за новую хватит…
В ушах зашумело. Значит, вот оно что. Брат даже не собирается здесь жить. Просто хочет продать квартиру, а их с Алёшей выставить на улицу.
— Извините, — голос в трубке стал настороженным, — а вы точно его сестра?
— Точно, — Вера с трудом разжала пальцы, стиснувшие телефон. — Передайте Виталию, что Вера звонила. И что нам нужно поговорить. Очень серьёзно поговорить.