Нина приехала в деревню к родителям. Она прополола грядки, зашла в дом, легла и задремала. Сквозь сон женщина услышала недовольное бормотание матери: — Выросла, а матери помочь не может! Всё самой, всё самой приходится делать. Приехала, поела — и ищи её потом. Спать улеглась, ни о какой помощи не думает. Зачем вообще приезжает? Через некоторое время в дом вошёл отец. В комнате сразу запахло борщом и домашними котлетами. — Накорми её, — сказала мать. — Не заслужила, конечно, но пусть поест, а то ещё совсем перестанет приезжать. Нам ведь осталось прополоть ещё две грядки… Отец посмотрел на жену и тихо спросил: — Зачем ты так говоришь?

Она всегда знала, что женщина, которую она называла мамой, не была ей родной.

Её настоящая мать умерла сразу после родов.

Мачеху Нина с детства называла мамой, но настоящей нежности никогда не чувствовала. Та постоянно ворчала, делала замечания и напоминала, сколько всего для неё сделала.

И теперь Нина услышала вслух то, что долгие годы ощущала подсознательно.

Она была благодарна мачехе за то, что та её вырастила. Но после этих слов в голове осталась только одна мысль:

«Больше я сюда не приеду».

Ей было жаль отца. Он не был виноват. Он всегда искренне любил Нину и даже сейчас пытался её защитить.

Нина поднялась, пригладила волосы и вышла из комнаты.

— Садись обедать, — сказала мать.

— Спасибо. Я поеду домой.

Нина тихо закрыла за собой дверь. Отец поспешил следом.

— Доченька, ты даже не поешь? Ты ведь любишь мамин борщ. Она специально приготовила…

— Специально? Папа, я всё слышала. Прости, но я больше не хочу сюда приезжать. Мне надоело постоянно выслушивать упрёки. Таблетки у неё есть. Если станет совсем плохо — пусть вызывает скорую.

Она помолчала и добавила:

— К тебе я буду приезжать всегда. А к ней… больше не смогу. Прощай.


Нина ехала домой и мечтала только об одном — наконец отдохнуть.

Если бы не тревоги из-за матери, она давно была бы в своей квартире. Ей хотелось принять горячую ванну, лечь в чистую постель и проспать хотя бы десять часов.

По дороге позвонила дочь.

Она просила прислать денег. Девушка училась в университете и готовилась стать врачом. Нина понимала, что лишние смены ей сейчас совсем не нужны, но выбора не было.

Пока дочь училась, Нине приходилось работать ещё больше.

Через несколько минут позвонила Тамара.

— Нина, прости за утренний разговор. Лида исчезла.

— В каком смысле исчезла?

— Ушла после обеда, сказала, что быстро сходит в магазин, и больше не вернулась. Телефон недоступен. Ты сможешь сегодня выйти на ночную смену? Я знаю, что ты устала, но больше некому.

Нина на секунду закрыла глаза.

— Выйду.

— Спасибо! Днём ты уже работала, но я постараюсь отпустить тебя пораньше. А ночью снова придётся заступить тебе. Если, конечно, эта беглянка не объявится. Когда нам наконец найдут ещё одну медсестру? Я сама уже нормально не сплю.

Нина вернулась домой.

Вместо долгожданной ванны она быстро приняла душ, перекусила и легла поспать.

Впереди была ещё одна тяжёлая ночь.

Лида так и не появилась. Телефон оставался отключённым, в социальных сетях она не заходила.

Тамара нервничала. Работать было некому, а официально уволить Лиду без объяснений она тоже не могла.

Нина трудилась на пределе сил.

Ей хотелось обычного человеческого отдыха, но отпуск по графику должен был начаться только через неделю. И теперь было непонятно, состоится ли он вообще.

Раньше Нина хотела провести отпуск у родителей. Но после недавнего разговора мысль о поездке туда больше не радовала.

Она знала, что отец будет ждать её, но к матери возвращаться не хотела.

— Нина, ты ведь не бросишь нас? — осторожно спросила Тамара. — Может, перенесёшь отпуск?

Нина устало улыбнулась.

— Не брошу.

Прошёл почти месяц, прежде чем ей удалось хотя бы несколько ночей подряд нормально поспать.

Ещё через неделю ей всё-таки оформили отпуск.

Нина долго сомневалась, но всё же решила поехать к отцу.

— Наконец-то ты приехала, дочка! — обрадовался он. — Я так давно тебя ждал.

— Папа, я работала без остановки. У нас медсестра внезапно исчезла, пришлось закрывать её смены.

— Исчезла? Совсем?

— Да. Теперь уже нашли новых работников. А ты как? Давление, здоровье?

— Нормально. Я ещё в состоянии сам за собой ухаживать. Даже подработку нашёл.

— Папа, ты же пенсионер. Тебе нужно отдыхать.

— Не могу сидеть без дела. Твоя мать ворчит по каждому поводу — характер у неё такой. Я тут немного денег отложил. Отдашь дочери, а себе что-нибудь купишь. Нам с ней много не нужно, а твоя девочка ещё студентка. Сама решишь, что важнее.

Нина посмотрела на него.

— Значит, она и тебя утомила?

— Давление у неё сейчас в норме. Я уже научился не реагировать. Выпьет таблетки, полежит — и снова начинает всем недовольство высказывать.

Он помолчал, затем добавил:

— Ты только не принимай всё близко к сердцу. Я тут кое о чём думал…

— О чём?

— У нас всё как в старой сказке: мачеха рядом, а родного ребёнка у неё так и не появилось. Пожалей её, Нина. Тебя мне жалко, но её тоже. Просто по-другому.

— Я понимаю, папа. Но ты сам живёшь между двух огней. Не переживай.

— Иди в дом, поздоровайся с матерью. А я пока здесь побуду. К обеду позовёшь.


Настя сидела за столом и смотрела в окно.

Она видела, как Нина разговаривает с отцом.

Вся жизнь словно промелькнула перед глазами.

Она так и не смогла родить собственного ребёнка. В юности тяжело заболела и долго восстанавливалась. Врачи тогда говорили, что последствия могут оказаться серьёзными.

Кого теперь винить? Так распорядилась судьба.