— Наташенька, деточка, — свекровь скорбно вздохнула. — Разве ты не знаешь, что хранить вещи, купленные покойным, плохая примета? К тому же нам нужно обставить квартиру, которую будем сдавать. Свою мебель мы перевезли сюда, для себя, а там остались пустые стены. Меблированная квартира сдаётся дороже. Тебе эти вещички всё равно ни к чему. Хотя если тебе так дороги зеркала, ящики и матрасы, можешь выкупить их у нас. Или снять нашу квартиру вместе с мебелью.
Наташа от неожиданности потеряла дар речи. Даже грузчик, державший зеркало, удивлённо посмотрел на свекровь.
— Прошу прощения, — осторожно сказал он. — А документы на квартиру у вас есть? Право собственности?
— Квартира принадлежит моей мамочке, — раздражённо ответила Анжелика Викторовна. — Она недееспособная. По завещанию квартира должна была перейти моему покойному сыночку. Но сын умер… Теперь я единственная наследница!
После этих слов она вдруг разрыдалась так громко и театрально, что Наташе пришлось бежать за успокоительным.
— Ладно, понял, — буркнул грузчик. — У вас горе в семье, разбирайтесь сами.
Он махнул рукой и всё-таки вынес зеркало.
Наташа поняла: с этого дня ей придётся жить по правилам свекрови. И эта новая жизнь обещала быть страшной.
— Ты это что на себя напялила? — однажды резко спросила Анжелика Викторовна.
Наташа не сразу поняла, что обращаются к ней.
— Решила моего мужа соблазнять? Девяти дней после похорон не прошло, а она уже хвостом вертит!
Наташа поставила детскую смесь на стол и обернулась, глядя на свекровь в полном шоке.
— Я к тебе обращаюсь! В моём доме не смей так ходить!
— А что не так? — Наташа посмотрела на обычный домашний костюм, в котором ходила уже полгода.
— Майка обтягивает, легинсы всё выставляют напоказ! Совесть бы имела.
— А что мне носить?
— Вот, — свекровь швырнула ей мешковатую рубаху, широкие штаны и старый халат. — И волосы убирай. Нечего гривой трясти. От тебя волосы по всей квартире, как от облезлой кошки.
Наташа сглотнула.
— Что стоишь? Марш переодеваться! Ещё раз увижу тебя в таком виде — выставлю на улицу в одних тапках.
Андрейка, увидев маму в старом бесформенном халате, не сразу её узнал и заплакал.
— Тише, сынок… Это я, мама…
— Угомони его немедленно! — в комнату ворвалась свекровь. — У меня мигрень!
От её крика ребёнок расплакался ещё сильнее.
— Нет, точно надо проверить, наш ли это ребёнок, — зло бросила Анжелика Викторовна. — Мой сын был спокойный, улыбчивый, а этот орёт без конца и рожу кривит.
— У моего ребёнка не рожа, а лицо, — тихо сказала Наташа.
— Помолчала бы! Умница нашлась!
Свекровь вылетела из комнаты и хлопнула дверью.
Выходные оказались ничуть не лучше будней. Свёкор включал футбол или развлекательные передачи на такую громкость, что, казалось, слышали даже соседи. Неудивительно, что Андрей почти не спал. А чем меньше он спал, тем сильнее капризничал и плакал.
— Почему ничего не приготовлено? — спросила Анжелика Викторовна, вернувшись из парикмахерской.
— Я не успела. Андрей весь день не давал даже присесть. Есть сосиски, макароны…
— Сосиски едят только дворовые коты! В моём доме такой еды не будет!
Свекровь демонстративно выбросила пачку сосисок в мусорное ведро. Наташа смотрела на это с ужасом: она собиралась перекусить ими, это была бы её первая еда за весь день.
— Тогда, может, вы сами что-нибудь приготовите? — не выдержала она.
— Приготовлю. Но есть буду сама. А ты питайся вот этим, раз такая нерасторопная!
Анжелика Викторовна пнула мусорное ведро в сторону невестки.
Наташа ушла из кухни в слезах.
Она всё чаще думала о муже. Ещё недавно в этой квартире был уют, детский смех, тепло, любовь. Теперь же, помимо горя по мужу, в душе Наташи поселилась ненависть к свекрови.
Анжелика Викторовна, по сути, никогда особенно не любила своего сына. Его воспитывала бабушка, пока мать строила карьеру актрисы в местном театре. «Звезда» четырежды выходила замуж, но настоящего успеха так и не добилась. До сих пор её самой заметной ролью была злая мачеха в спектакле «Белоснежка». Казалось, она настолько вросла в этот образ, что перестала понимать: жизнь не сцена, а люди вокруг не актёры, у которых вместо чувств — выученные реплики.
— Что, Анжелка опять накричала? — в комнате появился свёкор.
Наташа молча кивнула.
— Она такая. Ты не бери в голову.
Виталий Борисович постоял, посмотрел на Наташу. К Андрею он никакого интереса не проявлял. Зато от его взгляда Наташе захотелось закутаться в старый халат до самых глаз.
— Если что, не стесняйся, заходи, — сказал он с неприятной усмешкой. — Поговорим.
— Спасибо, — выдавила Наташа.
— Если деньги нужны, тоже обращайся.
— Благодарю.
— Виталик! Ужинать иди! — раздался голос Анжелики Викторовны из кухни.
Наташу к столу никто не позвал.
Однажды она случайно услышала разговор свекрови и свёкра.
— Надоела она мне! Пора уже выселять невестку из нашего дома. Денег от неё почти нет, одни убытки.
— А куда она пойдёт?