Муж ушёл к молодой и потребовал отдать машину. Я без лишних слов протянула ключи — а спустя месяц он сам привёз их обратно…
…Ася молча протянула связку ключей, и Платон выхватил её так поспешно, будто опасался, что женщина в последний момент передумает.
Он сунул ключи в карман кожаной куртки и с облегчением выдохнул, словно наконец закончил неприятное дело, которое долго откладывал.
— Только без обид, Ась, — бросил он, даже не посмотрев ей в глаза.
Она поправила резинку, стягивавшую волосы в хвост, и просто кивнула. Почти пятнадцать лет Ася именно так и делала — кивала, когда понимала, что спорить всё равно бесполезно.
Кивала, когда Платон принимал решения за них обоих. Когда покупал себе очередную дорогую куртку, а ей говорил: «Тебе потом».
Когда спокойно ел приготовленные ею ужины и каждый день ездил на автомобиле, который был куплен на деньги, оставшиеся Асе от бабушки, оформлен исключительно на неё и обслуживался в мастерской, хозяина которой Платон даже ни разу не видел.
Свою машину Ася знала почти как живого человека. Она точно помнила, какое масло туда нужно заливать, когда пора менять ремень и откуда доносится тот или иной подозрительный стук. Платон же просто садился за руль, поворачивал ключ и ехал по своим делам.
Всё остальное его совершенно не интересовало. Впрочем, примерно так же он относился и к семейной жизни.
Собирался он неторопливо. Распахнул дверцы шкафа, немного постоял перед ним, затем снял с плечиков рубашки и аккуратно сложил их стопкой, словно отправлялся не к другой женщине, а в обычную рабочую командировку.
— Ты постарайся меня понять, — заговорил он, укладывая свитера в большую тяжёлую дорожную сумку. По спальне он передвигался осторожно, стараясь случайно не задеть вещи Аси. — Такое случается. Ты хорошая женщина, Ась. Но рядом с тобой мне… Как бы это правильно сказать…
Он замолчал и неловко потёр затылок. Тёмные волосы, обычно аккуратно зачёсанные назад, немного растрепались, и он привычным движением пригладил их ладонью. Платон искал подходящее слово, но никак не мог подобрать такое, которое не звучало бы подло.
Ася решила помочь:
— Стало скучно?
— Ну… — его тонкие губы сжались ещё сильнее. — Думаю, тебе самой тоже скучно. Не будешь ведь отрицать.
Ты все выходные проводишь на даче, я постоянно на работе. Мы давно уже живём словно соседи в коммунальной квартире: утром «здравствуй», вечером «до свидания». Разве это можно назвать нормальной жизнью?
Ася стояла возле шкафа, скрестив на груди загорелые почти до темноты руки. После летних месяцев на даче этот загар держался у неё едва ли не до зимы.
Яркая кофточка, надетая утром, сейчас вдруг выглядела на ней странно и неуместно — словно нарядная скатерть, постеленная на совершенно пустой стол.
— А она? — Ася слегка усмехнулась. — Молоденькая. Значит, с ней у тебя теперь настоящая жизнь?
Платон ничего не ответил. Застегнул сумку, выпрямился и наконец посмотрел на жену — не с чувством вины, а примерно так, как смотрят на старую вещь во время переезда. Вроде бы больше не нужна, но просто выбросить немного жалко.
— Ключи от автомобиля отдашь? — негромко спросил он. — Мне ведь нужно как-то ездить.
У Аси неприятно сжалось внутри. Не в груди, а где-то глубже, под рёбрами, словно туда легла тяжёлая ладонь и придавила так, что стало трудно дышать.
Она смотрела на мужа, а он спокойно ждал, протянув руку, будто стоял возле кассы и был абсолютно уверен, что ему сейчас отдадут положенную сдачу.
Ася сняла ключи с настенного крючка и вложила их ему в ладонь.
— Скоро нужно будет менять масло, — негромко сказала она. — Ты ведь никогда даже не помнил, какое именно туда заливают.
Платон только усмехнулся, подхватил тяжёлую сумку и направился к двери.
Ася подошла к окну. Платон положил багаж в машину — в её машину. Затем сел за руль, запустил двигатель и выехал со двора. На парковке осталось пустое место.
Она ещё около минуты смотрела в окно, а потом пошла на кухню и поставила чайник. Странно, но Ася всегда думала, что этот момент будет намного страшнее. Что будет боль, слёзы, истерика. А оказалось, что сейчас ей больше всего хочется просто спокойно выпить горячего чая.
На следующий день к ней прямо в кабинет почти влетела Ирина. Она уселась на край рабочего стола и с порога начала возмущаться:
— Ты серьёзно сейчас? — её низковатый хриплый голос разлетелся по всему коридору. — Просто взяла и отдала ему машину?
Ася пожала плечами.
— А что такого?
— В смысле «что такого»?! — Ирина даже ладонью по столу хлопнула. — Ты ведь сама её покупала! На наследство своей бабушки! Он туда ни одной копейки не вложил!
— Я прекрасно знаю, — спокойно ответила Ася и снова повернулась к экрану компьютера.
Но Ирина никак не могла успокоиться. Начала вспоминать историю своей сестры, которая когда-то тоже после развода отдала бывшему почти всё, а потом сама осталась буквально ни с чем.