— Прости, Валерия. Говори, пожалуйста, я внимательно слушаю.
Служба в полиции оказалась совсем не такой, как он её себе представлял. Самое главное разочарование — это постоянное заполнение бумажек. На каждое замечание полагалось иметь документ. И чем их больше — тем выше шансы доказать свою правоту, в случае чего.
— Видите ли, моя мачеха — страшный человек, — произнесла Лера. — Очень страшный.
В этот самый момент лейтенант снова отвлёкся. Поиск лиц! Вдруг девочка находится в розыске, вдруг её уже ищут родители? Он ввёл данные о своей гостьи в базе, а потому — отвлёкся. Он слышал, что она говорит, но слова не воспринимал. Итак, сирота… Шестнадцать лет. В базе он без труда обнаружил телефон мачехи. Здесь она была указана, как мать: проведена процедура удочерения.
— Ты тут живёшь? — спросил полицейский, развернув монитор и показывая адрес. Девочка кивнула.
Это ведь совсем не его район! И не Москва вовсе. Да уж, ни в какой показатель не запишешь. Девочка была жива и здорова, с родителями — пусть и приёмными. Какой у неё статус? Она ведь не задержана. Если вдруг нагрянут проверяющие, то у него могут быть проблемы. Хотя шансы на подобное невелики, но… Валерия продолжала что-то говорить, но он совсем её не слышал. Только кивал головой.
— Итак, — сказал полицейский, когда гостья замолчала. — В данном случае, что мы должны для тебя сделать?
— Помочь, — робко произнесла Валерия.
Он заступил на дежурство в восемь утра, а на часах уже было двенадцать ночи. Потёр виски, пытаясь собраться с мыслями. Итак, эта очаровательная юная девушка поссорилась со своей мачехой. Ничего удивительного тут нет. Это только в сказках посторонние люди живут душа в душу. Что же ему делать? Идея пришла неожиданно. Если мачеха действительно так плоха, то она ни за что в жизни не поедет за падчерицей в полицию ночью. А если…
Лейтенант посмотрел на девушку с улыбкой:
— Послушай, дорогая, — произнёс он. — Я правда хочу тебе помочь. Уже поздно, ты можешь пока посидеть тут, на диване, даже подремать. А я — пока займусь твоим делом. Хорошо?
Обрадованная Лера кивнула. Она действительно устала, а потому не отказалась бы отдохнуть. К тому же, у неё разрядился телефон… Лейтенант набрал цифры с монитора, вышел в коридор, и когда трубку сняли — отчеканил своим голосом.
Сергей завершал последние приготовления. Он навёл самые подробные справки про семейство будущей жертвы — и был приятно удивлён. Да, здесь можно получить куда больше, чем ему показалось на первый взгляд. Кажется, эта женщина с редким именем Клавдия даст им гораздо больше, чем собственная дочь. Да это же золотое дно…
Ради такого дела Сергей даже привёл себя в порядок. Побрился и постригся, надел чистую майку. Придирчиво осмотрел себя в зеркале: всё-таки, на видео он должен выглядеть хорошо. Ему нечего стесняться и скрывать: пусть смотрят все, кто захочет. Скоро, скоро, буквально сегодня вечером — он выйдет на новый уровень. И добьётся таких высот, что недоброжелатели будут вынуждены заткнуть свои рты.
Лера не могла поверить в то, что это действительно происходит с ней. Она уснула с ощущением тепла и безопасности. Полицейский ей действительно помог! А когда проснулась — тот же самый лейтенант отдавал её на растерзание мачехе. Клавдия Ивановна смотрела на неё уже совсем другим взглядом. Валерия ощутила липкий страх.
— Вот спасибо вам! — улыбнулась женщина. — Ну, пойдём. Знаете ли, маленький ребёнок, дома ей нужно спать, а не на чужих диванах. Ну что, милочка? Сбежать хотела? Зачем же ты так… Мы же тебя очень любим!
— Тётя Клава… — всхлипнула Лера. — Простите меня, пожалуйста.
— Ну что ты так — тётя, тётя, — картинно всплеснула руками женщина. — Сколько тебе говорить: зови меня мама. Ничего не бойся — пойдём.
Мачеха вытащила падчерицу в коридор. Клавдия положила руку девочке на плечо, пока они шли на выход. Со стороны могло показаться, что заботливая мать приобняла своего ребёнка. На самом деле, острые ногти мачехи больно впились в кожу. Теперь её даже не волновало, что на коже девочки останутся следы. Лера поморщилась, но пошла дальше. Она шагала обречённо — так, будто идёт на эшафот.
Иван продолжал смотреть на дверь отделения полиции. Клавы не было совсем недолго — минут пятнадцать, не больше. Но это время показалось мужчине вечностью. Наконец, дверь открылась — и на пороге показалась его жена с падчерицей. Иван не мог поверить своим глазам! Едва девочка села в автомобиль, мужчина тут же занёс кулак, чтобы как следует врезать. Из-за этой беглянки сама Клава чуть не выгнала его из дома. Но руку перехватила жена.
— Ты что, товар попортишь, — произнесла она. — Ты помни, что у неё завтра особый день.
— Так что делать будем? — спросил Иван. — Не доставит ли она нам новых… того… проблем?
— Всё, как договаривались, — улыбнулась Клава. — Только женишков попросим, чтобы они уже там ни в чём себе не отказывали. Сами её как следует проучат. Да, проказница?