Спустя пятнадцать минут Марина услышала звонок домофона.
Олег заказал доставку еды.
Вскоре по квартире распространился резкий запах пиццы с пепперони, от которого больную женщину затошнило ещё сильнее.
Муж спокойно ел на кухне, включив сериал на планшете почти на полную громкость.
Когда наконец пришёл в спальню, молча разделся, улёгся на самый край кровати, повернулся к стене и практически сразу захрапел.
В субботу Марина проснулась от боли во всём теле.
Голова раскалывалась. Во рту пересохло настолько, что язык будто прилип к нёбу.
Было шесть утра.
Из прихожей доносились странные звуки: стук, шуршание плотной ткани, металлический звон.
Кто-то бодро и торопливо собирал вещи.
Марина с огромным трудом приподнялась на подушках.
В дверях появился Олег.
На нём был любимый тёплый камуфляжный костюм. В одной руке он держал большой металлический термос, в другой — пластиковый ящик с рыболовными принадлежностями.
От него пахло свежесваренным кофе и мужским одеколоном.
Кофе он приготовил исключительно для себя.
— Ты куда? — почти беззвучно спросила Марина.
Олег остановился, удобнее перехватил термос и посмотрел на жену так, словно её болезнь была досадной помехой его прекрасным выходным.
— На рыбалку. С ребятами. Мы ещё в среду договорились, — бодро ответил он.
И тут же добавил:
— Послушай, тебе всё равно лежать. Ты даже встать не можешь. А у меня единственные выходные пропадают! Что мне теперь, сидеть возле тебя и в стену смотреть?
Марина смотрела на мужа широко раскрытыми глазами, не веря услышанному.
— Олег… мне действительно очень плохо. Температура не снижается. Возможно, понадобится врач. Не уезжай.
Лицо мужчины исказилось от раздражения.
— Ой, Марина, не преувеличивай! Обычный грипп! Я утром с мамой разговаривал, рассказал, что ты заболела. Она вообще посоветовала мне ехать на озеро, подышать свежим воздухом. А то ещё заражусь от тебя в четырёх стенах! Мне в понедельник на работу, квартальный отчёт сдавать. Болеть никак нельзя. Так что лечись. Если что — звони. Правда, на озере связь плохая, могу быть вне сети…
Олег ещё несколько секунд стоял в дверях, словно ждал, что Марина согласно кивнёт и пожелает ему хорошего клёва.
Она молчала.
— Ну всё, я поехал, — наконец произнёс он. — Не накручивай себя. Поспишь — полегчает.
И ушёл.
Через минуту хлопнула входная дверь.
Потом внизу завёлся автомобиль.
Марина осталась лежать, глядя в потолок.
Странно, но плакать уже не хотелось.
Внутри словно что-то окончательно перегорело.
И дело было не в самой рыбалке.
Не в кофе, который Олег сварил только себе.
И даже не в том, что оставил жену одну с температурой почти сорок градусов.
Самым страшным оказалась абсолютная естественность, с которой он всё это сделал.
Он искренне не видел никакой проблемы.
Для Олега было совершенно нормально, что во время его болезни Марина берёт отгулы, варит бульоны, бегает по аптекам и каждый час измеряет ему температуру.
А когда болеет она, это всего лишь неудобство, которое не должно портить ему выходной.
Марина потянулась к телефону.
Свет экрана болезненно ударил по глазам.
6:17.
Она открыла список контактов и на несколько секунд задумалась.
Матери звонить не хотелось.
Маме было шестьдесят три года, она жила за городом, а в последнее время у неё часто подскакивало давление. Стоило сказать: «Мама, мне плохо», — и та уже через двадцать минут мчалась бы на такси с пакетами лекарств.
Марина выбрала другой номер.
— Алло? — сонно отозвалась подруга Инна.
— Инна… прости, что так рано.
Сонливость из голоса подруги исчезла мгновенно.
— Марина? Что случилось?
— У меня температура тридцать девять и один. Вчера почти не снижалась. Меня знобит, голова раскалывается, я еле поднимаюсь.
— А Олег где?
Марина закрыла глаза.
— На рыбалке.
Повисла пауза.
— Что?!
— Уехал на озеро.
Снова тишина.
— Ты сейчас серьёзно?
— Да.
— Я еду.
— Инна, не надо, я просто…
— Я сказала: еду!
Через сорок минут подруга уже была в квартире.
В спортивных штанах, куртке поверх домашней футболки, с растрёпанными волосами и большим пакетом в руках.
Она вошла в спальню, взглянула на Марину — и мгновенно изменилась в лице.
— Господи, да ты вся горишь!
Приложила ладонь к её лбу.
— Когда ты в последний раз воду пила?
Марина не помнила.
Инна не стала ничего комментировать.
Принесла воду.
Нашла аптечку.
Ещё раз измерила температуру.
39,4.
— Всё, вызываем врача.
— Может, не надо…
— Надо.
И впервые за последние двое суток Марина позволила кому-то просто позаботиться о себе.
Врач приехал примерно в восемь.
Прослушал лёгкие, проверил сатурацию, осмотрел горло. Поставил предварительный диагноз — острая вирусная инфекция. Велел следить за температурой, пить больше жидкости и немедленно обращаться за помощью, если станет трудно дышать или жар перестанет реагировать на жаропонижающие препараты.