Сайт центра — настоящая сокровищница редких материалов: рукописи, фотографии, аудиозаписи. Семья по-прежнему собирает наследие Буркова буквально по крупицам.
«Для меня центр — это не просто работа. Это дом. Место, где о деде можно говорить без бронзы и пафоса. Как о живом человеке»**, — говорит Георгий.
Помимо этого, он занимается видеомонтажом на фрилансе. Заказы появляются не всегда регулярно. Стабильно платить за такую работу готовы далеко не все. Но Жора не драматизирует. У него есть крыша над головой — он живёт с мамой, бабушкой и кошкой — и есть дело, которое ему по-настоящему дорого. Съезжать ради самой идеи самостоятельности он не стремится. Ради чего? Чтобы оказаться одному в съёмной квартире и по ночам варить пельмени? Такой вариант кажется ему не взрослым, а просто бессмысленным.
Семейное гнездо — большая трёхкомнатная квартира в центре Москвы, доставшаяся от деда. Место, где проходят праздники, где хранятся старые записи и дневники, где пахнет мамиными пирогами. Зачем отдавать деньги за аренду, если можно жить в своём доме, рядом с близкими, а свободные средства вкладывать в развитие культурного центра?
Так и получается: две женщины — мать и бабушка — и он. Три поколения. Три хранителя. Люди, которые без шума, скандалов и громких заявлений передают дальше то, что считают важным.
Бабушка, Татьяна Ухарова, к слову, до сих пор связана с театром. Заслуженная артистка России, вдова Георгия Буркова. В своём возрасте она продолжает выходить на сцену, читать лекции, поддерживать внука. Вся семья — творческая, живая, с горящими глазами.
«Хроники сердца» и опыт жизни рядом с двумя актёрами
В 2010-е годы семья выпустила книгу дневников Георгия Буркова под названием «Хроники сердца». Проект оказался сложным и финансово, и морально. Нужны были средства на вёрстку, печать, распространение. Фонд не располагал большими возможностями. Тогда Мария и Георгий-младший стали ездить по городам с лекциями — рассказывали о деде, показывали архивные материалы, собирали пожертвования. Помогали и обычные зрители, и коллеги-актёры, которые помнили Буркова.
Книга всё же вышла. Сегодня её можно найти в магазинах и на ЛитРес. «Жизнь, полная страданий, поисков, ошибок и прозрений. Жизнь ума и жизнь души», — так писали об этом издании критики.
Одни из самых пронзительных страниц дневников посвящены борьбе Буркова с алкоголизмом. Георгий Иванович мог не пить годами, затем срывался и фиксировал это простыми, тяжёлыми словами: «Сегодня я снова взял стакан. Не надо было. Но кто мне объяснит, когда “надо”, а когда “не надо”?»
Эта книга стала главным трудом последних лет для семьи. Ради неё Мария Буркова и её сын работали ночами, вычитывали тексты, верстали макеты, исправляли ошибки, договаривались с типографией.
Для Жоры это издание стало настоящим открытием. Он знал улыбающегося деда только по старым фотографиям из семейного альбома. Но когда прочитал дневники, погрузился в его боль, сомнения и философскую глубину, которая за кадром комедий почти не была видна, он понял: наследственность — это не только черты лица. Это ещё способ мыслить. Способ чувствовать. Способ смотреть на мир.
Почему Георгий до сих пор не женился, и зачем хранить традиции
Ему 33 года — возраст, когда многие уже растят детей и строят собственные семьи. Но Жора не спешит. У него нет статуса «в активном поиске», нет показных фотографий с незнакомками, нет громких романов и скандальных расставаний. На публике он появляется либо рядом с мамой, либо на мероприятиях культурного центра. И этим всё сказано.
На вопрос «А где девушка?» он отвечает спокойно:
«Я пока не встретил человека, с которым захотелось бы разделить эту жизнь. Со всеми её дневниками, центрами и видеомонтажом. Это непростой багаж. Не каждая сможет его принять».
И в этом есть правда. Жить в доме, где стены помнят актёра-легенду, где на полках лежат рукописи, а по субботам проходят семейные застолья с бабушкой, — это особый уклад. В него нужно суметь войти. Не каждой современной девушке это окажется близко.
В соцсетях иногда можно увидеть фотографии Жоры с девушками. Но чаще всего это коллеги или давние знакомые. Личную жизнь он не выставляет напоказ. Считает это лишним. И мама в этом его поддерживает. Они действуют как одна команда, и пока этому союзу ничего не мешает.
В интернете иногда язвят: «Взрослый мужчина, а всё с мамой живёт». Но Жора отвечает просто: «Мы вместе ведём хозяйство, вместе работаем, вместе решаем проблемы. Зачем нам расходиться по разным углам?»
На это можно посмотреть и иначе. В России веками существовала традиция, когда несколько поколений жили под одной крышей. И только в последние годы почему-то стало принято считать, что «съехать от родителей» — главный показатель взрослости. Георгий Бурков-младший эту моду спокойно игнорирует. И, возможно, поступает мудро.
Сегодня Георгий Бурков-младший — взрослый мужчина, который несёт фамильное знамя в очень непростое время. Да, он не снимается в большом кино. Да, не зарабатывает миллионы. Но он остаётся живой связью поколений. Мостом между прошлым и настоящим.