Игорь долго молчал.
Его лицо становилось всё мрачнее. Он всегда был спокойным человеком, не любил скандалы и предпочитал не обострять отношения между женой и матерью.
Но сейчас в его взгляде появилось то выражение, которого Люба раньше почти не видела.
— Она действительно так сказала? — глухо спросил он.
Люба кивнула.
— И сказала, что тебе не место за столом?
— Да.
Игорь на несколько секунд закрыл глаза.
Он давно был недоволен тем, что мать вмешивается в его жизнь. Валентина Петровна постоянно пыталась принимать решения за него: подбирала нужные знакомства, советовала, с кем общаться, кому звонить и как строить карьеру.
Игорь не раз объяснял, что хочет всего добиться самостоятельно. Но мать считала, что лучше знает, как устроен мир.
Теперь она ещё и унизила Любу в их общем доме.
— Побудь здесь, — сказал Игорь.
— Игорь, не устраивай скандал.
— Я не собираюсь устраивать скандал.
Он вышел из кухни.
Через несколько секунд разговоры в гостиной стихли. Затем Игорь произнёс:
— Друзья, простите, но мне внезапно стало плохо. Наверное, перенервничал. Давайте закончим вечер немного раньше.
Гости удивлённо переглянулись. Николай Владимирович предложил вызвать врача, но Игорь отказался и начал провожать всех к двери.
Он благодарил за подарки, извинялся за неожиданное завершение вечера и объяснял, что просто устал.
Друзья и коллеги ушли без лишних вопросов.
Николай Владимирович с женой тоже попрощались. Ирина Аркадьевна бросила на Любу внимательный взгляд, словно хотела что-то сказать, но промолчала.
Валентина Петровна всё это время пыталась сохранить лицо. Она улыбалась гостям, объясняла, что сын переутомился, и время от времени бросала на Игоря тревожные взгляды.
Но муж больше не обращал на неё внимания.
Когда последняя дверь закрылась, в квартире установилась тяжёлая тишина.
Свекровь показала своё настоящее лицо
— Игорь, ты понимаешь, что сделал? — первой не выдержала Валентина Петровна. — Ты выгнал важнейшего человека! Николай Владимирович мог помочь тебе с повышением!
— Я не просил тебя приглашать его.
— Но я хотела помочь!
— Я несколько раз просил тебя не вмешиваться в мою работу.
— Ты сам ничего не умеешь добиться! — вспылила мать. — Слишком гордый, слишком скромный. Я должна думать о твоём будущем!
— Моё будущее не нуждается в таких услугах.
— Ты неблагодарный сын!
— А ты унижаешь мою жену в её собственном доме.
Валентина Петровна на секунду замолчала.
Затем посмотрела на кухню.
— Она тебе уже всё рассказала?
— Да. Я хочу услышать от тебя: ты действительно сказала Любе, что у неё деревенская физиономия и что ей нужно уйти на кухню?
Свекровь отвела взгляд.
— Я просто была раздражена. Она сама всё неправильно поняла.
— Это не ответ.
— Ну, возможно, я немного погорячилась. Но я ведь хотела как лучше. Перед важными людьми стол должен выглядеть достойно. А она всё приготовила слишком просто.
— Стол был прекрасным, — жёстко ответил Игорь. — Люба готовила весь день. Она старалась сделать этот праздник для меня. А ты превратила её в прислугу.
— Я просто попросила её помочь.
— Нет. Ты выгоняла её из-за стола при гостях. Отправляла на кухню за зеленью, бокалами и горячим. А потом сказала, что ей не место среди «приличных людей».
Люба стояла в дверях и слышала каждое слово.
Валентина Петровна попыталась смягчить голос.
— Игорь, ты не понимаешь. Я хочу, чтобы у тебя всё было хорошо. Ты должен общаться с людьми своего уровня.
— Моего уровня?
— Не переворачивай мои слова.
— Нет, мама, я всё прекрасно понял. Ты считаешь Любу недостойной меня, потому что она родом из посёлка. Но она работает больше, чем многие из твоих «приличных людей», и зарабатывает больше меня.
Валентина Петровна промолчала.
— Кстати, часть этих денег регулярно шла на твою помощь, — продолжил Игорь. — Люба покупала тебе лекарства, оплачивала ремонт, помогала с коммунальными счетами. Ты это знаешь.
Свекровь побледнела.
Она действительно знала, что значительная часть материальной поддержки поступала именно от Любы. Но предпочитала считать, что ей помогает сын, а не невестка.
— Я не просила её об этом, — тихо сказала Валентина Петровна.
— Зато не отказывалась.
— Я мать.
— И это не даёт тебе права унижать мою жену.
Люба почувствовала, как напряжение внутри понемногу ослабевает. Она не ждала, что Игорь будет защищать её настолько твёрдо.
— Ты понимаешь, кто такая Люба для меня? — продолжил он. — Это человек, который был рядом, когда мне было трудно. Она поддерживала меня, верила в меня и помогала тебе, хотя ты никогда не показывала благодарности.
— Я не хотела её обидеть.
— Но обидела. И делала это не впервые.
Валентина Петровна опустила глаза.
В комнате повисла тяжёлая пауза.
— И что теперь? — спросила она.
Игорь посмотрел на мать спокойно, но холодно.