В его глазах читался немой вопрос.
Люба лишь слегка пожала плечами.
Начался ужин. Сначала все разговаривали и смеялись. Люба то и дело вставала, чтобы подать горячее, заменить тарелки, принести новые закуски или наполнить бокалы.
Она провела на кухне почти весь день, поэтому к началу праздника уже сильно устала. Ноги гудели, спина болела, но Люба старалась улыбаться и отвечать гостям вежливо.
Валентина Петровна, похоже, решила, что раз невестка занимается праздником, то сидеть за столом ей вовсе не обязательно.
— Люба, дорогая, — сладко позвала она через несколько минут после начала ужина. — Сходи, принеси ещё зелени. Стол уже выглядит не таким свежим.
Люба встала и пошла на кухню.
Через десять минут, едва она успела сесть, свекровь снова обратилась к ней:
— А горячее когда подавать будешь? Николай Владимирович не любит ждать.
Люба поднялась.
Ещё через некоторое время она снова попыталась занять место рядом с мужем. Но Валентина Петровна тут же громко заметила:
— Люба, ты ведь ещё не поменяла бокалы. Люди уже выпили вино, а ты сидишь.
Игорь нахмурился.
— Мам, Люба целый день готовила. Пусть хоть немного посидит.
— Конечно, сынок, — улыбнулась Валентина Петровна. — Пусть отдыхает, когда гости уйдут. Сейчас нужно соответствовать уровню.
Люба почувствовала, как горят щёки. Она молча поднялась и пошла за чистыми бокалами.
Николай Владимирович и Ирина Аркадьевна переглянулись. Люба не поняла, было ли это сочувствие или любопытство. В любом случае она чувствовала себя участницей неприятного спектакля.
Когда Люба вернулась, гости уже обсуждали современное искусство. Ирина Аркадьевна говорила о выставках, новых направлениях и постмодернизме. Валентина Петровна активно поддакивала, изображая знатока.
Люба хорошо знала, что прежде свекровь ни разу не интересовалась подобными темами.
Она осторожно села на край стула рядом с Игорем. Хотелось хотя бы несколько минут побыть возле мужа в его день рождения.
Но Валентина Петровна наклонилась к ней и тихо сказала:
— Люба, выйди на кухню. Мне нужна помощь.
Невестка поднялась и пошла следом.
Она действительно подумала, что свекровь хочет попросить её о каком-то деле. Но едва они оказались на кухне, Валентина Петровна резко изменилась.
От сладкой улыбки не осталось и следа.
— Ты чего там расселась? — холодно спросила она.
— Я просто хотела немного посидеть рядом с мужем. Всё уже приготовлено, посуда чистая.
— Не видишь, что ли, о чём люди разговаривают? — продолжила Валентина Петровна. — Они обсуждают искусство, культуру, серьёзные дела. А ты сидишь и хлопаешь глазами, будто пытаешься понять каждое слово.
Люба сжала пальцы.
— Я весь день готовила этот праздник. Имею право хотя бы немного посидеть с Игорем.
Свекровь усмехнулась.
— Вот ещё. Она права-то захотела.
— Валентина Петровна, я не понимаю, что вы от меня хотите.
И тогда свекровь произнесла то, что Люба потом ещё долго прокручивала в памяти:
— Ты со своей деревенской рожей иди на кухню и не мешай приличным людям отдыхать!
Люба застыла.
Она действительно родилась в небольшом посёлке. Но никогда не стыдилась этого. С юности работала, получила образование, сама построила карьеру и добилась всего собственными силами.
Она не считала себя хуже людей, родившихся в столице. Не привыкла унижаться, заискивать или изображать из себя кого-то другого.
Но слова свекрови всё равно ударили очень больно.
— Что вы сказали? — тихо переспросила Люба.
— Ты прекрасно слышала, — ответила Валентина Петровна. — За столом сидят люди, которые привыкли к другому уровню общения. Они говорят о важных вещах, а ты там только мешаешь.
— Я мешаю?
— Да. Ты в этом ничего не понимаешь. Если желаешь Игорю добра, должна знать своё место. Тебе не нужно сидеть с ними за одним столом. Твоя задача — следить за кухней.
Люба почувствовала, как у неё дрожат руки. Хотелось ответить, накричать, сказать, что именно она организовала весь праздник и оплатила большую часть продуктов.
Но горло сдавили слёзы.
Она отвернулась, взяла тарелку и начала вытирать её полотенцем, лишь бы не стоять неподвижно перед свекровью.
Валентина Петровна вернулась в гостиную.
А Люба осталась на кухне.
Игорь всё понял
Прошло около двадцати минут. Люба мыла последние тарелки, когда на кухне появился Игорь.
Он посмотрел на её лицо, красные глаза и слишком напряжённые губы.
— Люб, что случилось?
— Ничего.
— Не говори, что ничего. Я же вижу.
Он подошёл ближе и осторожно обнял её за плечи. Люба сначала попыталась отмахнуться.
— Просто устала. Давай не будем портить твой праздник.
Но Игорь не отступил.
— Что сказала мама?
Люба закрыла глаза. Несколько секунд молчала, затем всё рассказала.
О том, что свекровь весь вечер отправляла её на кухню. О замечаниях при гостях. О приглашённых людях, о которых она ничего не знала. О том, как Валентина Петровна позвала её якобы за помощью, а затем унизила.
Последнюю фразу Люба произнесла едва слышно.