Катя сошла с автобуса у поворота, совсем недалеко от своей родной деревни. Водитель закрыл двери и повёл машину дальше по трассе, а девушка сняла босоножки, сунула их в дорожную сумку и зашагала босиком по тёплой песчаной дороге. До первых домов оставалось всего каких-нибудь три сотни метров.
Вскоре до неё донеслась привычная утренняя перекличка петухов, а со стороны фермы послышалось протяжное мычание коров. Придорожная трава ещё блестела от росы, в кустах звонко перекликались птицы, словно радовались началу нового дня.
Деревня понемногу просыпалась, и Катя приветственно кивала соседкам, которые выглядывали из открытых окон и с любопытством провожали её глазами.
— Здравствуй, Катюша, наконец домой добралась… — мама уже ждала дочь возле калитки.
— Мам, спала бы ещё. Зачем так рано поднялась?
— Коз доить пора. Ты же знаешь, во сколько у меня день начинается… — женщина крепко обняла дочь. — А я-то думала, ты своего ухажёра привезёшь знакомиться. Вроде ведь собиралась…
— Не может он пока приехать. Может, побаивается, не знаю… Да и вообще, наверное, рановато вас знакомить. Я сама никак не пойму, любовь у нас или просто встречи да развлечения, — тяжело вздохнула Катя.
— Вот это новости, — мать внимательно всмотрелась в лицо дочери. — А ведь сначала ты так старалась ему понравиться. Я тебе зря, что ли, два новых платья шила? А теперь выходит, что и любви-то нет?
— Я думала, что есть. Только когда он начал серьёзно ухаживать и заговорил о будущем, мне почему-то стало не по себе. Тут я сама и задумалась, — неуверенно призналась девушка.
— А что не так? Может, за ним что-нибудь водится? За женщинами бегает или выпить любит? — сразу встревожилась мать. — Ты смотри, дочка, сразу человека разгляди. Потом поздно будет плакать, особенно когда дети появятся.
— Не знаю, мам. Просто он какой-то совсем не такой, как я представляла. Всё время пытается меня переделать. Из-за него я и волосы изменила, и завивку сделала, и платья другие стала носить, даже походку училась держать, будто манекенщица… Всё старалась понравиться, а он воспринимает это как само собой разумеющееся.
— И ты собираешься всю жизнь ходить чужой походкой, носить вещи, которые сама бы не выбрала, перекрашивать волосы и угадывать каждое его желание? — тихо спросила мать. — Смотри, Катюша, не превратись ради него в красивую, но ненастоящую куклу.
Они вошли в дом. Катя сразу переоделась в старенький домашний халат, собрала пышные после завивки волосы в небрежный пучок на макушке и с облегчением выдохнула:
— Ну вот. Теперь я действительно дома…
— С возвращением, доченька. Как же хорошо, что ты надолго приехала. Хоть наговоримся спокойно.
Мама отправилась заниматься козами, а Катя сунула ноги в огромные резиновые шлёпанцы и пошла в огород. Решила до завтрака успеть прополоть хотя бы одну грядку, пока мать управляется по хозяйству.
Когда она закончила, вышла из огорода и с удовольствием стала умываться прохладной водой под дворовым рукомойником, у калитки раздался знакомый голос:
— Привет, Катюнь! Вернулась, значит, отдыхать?
Это был сосед Витька.
— Ага. Как видишь, уже вовсю отдыхаю, — рассмеялась Катя и плеснула водой в подошедшего Виктора.
Он ловко увернулся, потом уселся прямо на ступеньку крыльца, перегородив девушке дорогу в дом.
— Пока не расскажешь, что у тебя нового, никуда не пущу.
— Замуж, может, скоро выйду… — неожиданно выпалила Катя. — Жених вроде собирается приехать, с мамой знакомиться.
— Как замуж? Да брось… Ты серьёзно? — лицо Виктора сразу помрачнело. — Ты же ничего мне не говорила.
— Потому что пока ничего точно не решено. Но время есть, оно всё и покажет, — серьёзно ответила девушка, а затем не выдержала и рассмеялась, увидев, насколько парень расстроился.
— Ну и человек же ты, Катька… — с обидой выдохнул Виктор. — Я к тебе всей душой, а ты всё издеваешься. Хороши шуточки!
— А если я вовсе не шучу? Почему мне замуж не выходить? Мне уже двадцать. Диплом получила, работаю.
Виктор помолчал, потом кивнул.
— Лучше бы меня выбрала. Тогда бы и сомневаться не пришлось… Сколько я за тобой хожу? Ещё со школы. А ты всё смеёшься да подшучиваешь. Думаешь, мне легко это годами слушать?
Он попытался взять Катю за руку, но девушка быстро юркнула мимо него в дом и крикнула:
— Да перестань, не обижайся! Тоже мне жених нашёлся!
В это время от сарая по двору шла Ольга Петровна, держа в руках полный подойник молока.
— Здравствуй, Витенька. Парного молочка хочешь? Пойдём налью, только процедить сначала надо.
— Да не пойду я, Ольга Петровна. Катерина опять смеяться станет, скажет, что у меня молоко на губах не обсохло, как прошлый раз, — с досадой отмахнулся Виктор. — А что она мне про какого-то жениха рассказывала? Правда у неё кто-то есть или снова меня дразнит?
— Да какой там жених, — махнула рукой Ольга Петровна. — Городской парень какой-то, толком неизвестно кто. Танцуют вместе, гуляют от скуки. Она сама ещё не понимает, чего хочет. Ты не переживай, Витя. Подожди немного. Всё на свои места встанет, и на тебя она ещё посмотрит.
— А если не посмотрит? — вздохнул парень.
— Посмотрит, вот увидишь. Я свою дочь знаю лучше всех. Погуляет она с городскими плясунами, а замуж всё равно за настоящего мужика пойдёт. Что с такого плясуна взять? Ничего. А здесь деревня. Тут работать надо, вставать затемно, хозяйство держать. Катя это прекрасно понимает.
Ольга Петровна по-доброму коснулась его плеча и ушла в дом.
Виктор поднялся, прислушался — не выйдет ли Катя снова. Но внутри было тихо. Тогда он нехотя отправился к себе.
Дома Катя отдыхала не столько телом, сколько душой. Июль стоял жаркий, солнце припекало так сильно, что даже баню топить не хотелось. Почти половину дня девушка провела в огороде и, выпрямив уставшую спину на дороге к дому, вдруг замерла.
У калитки стоял Александр.
— А меня, смотрю, никто даже не встречает? — громко и весело произнёс он.
— Так ты же толком не сказал, когда именно приедешь… Даже день не назвал, — растерянно пробормотала Катя.
Она покраснела, заметив, каким взглядом Саша разглядывает её, словно видит впервые.
А посмотреть действительно было на что.
На ногах у неё были огромные резиновые шлёпанцы. Ступни и голени перепачканы влажной землёй после щедро политых грядок. Старый халат, в котором она работала в огороде, порвался у кармана, а снизу не хватало двух пуговиц, поэтому грязные коленки оказались совершенно открыты.
— Катя, что с тобой случилось? — удивлённо спросил Саша.
— В огороде работала. Для деревни это нормальный вид… — не нашлась девушка, что ещё сказать, и машинально попыталась прикрыть ноги полами халата.
— Я не вовремя приехал? — уточнил Александр.
— Раз приехал, заходи. Пойдём, познакомлю тебя с мамой.
На Саше был аккуратный джинсовый костюм. Новенькая белоснежная футболка подчёркивала лёгкий загар на лице. В руках он держал букет роз и сразу же вручил его Ольге Петровне, вышедшей на крыльцо.
— Ой, спасибо тебе большое. Мне, наверное, лет двадцать цветов никто не дарил… Честно. А ведь как приятно, — растрогалась женщина и пошла в дом искать вазу.
Катя тем временем повела гостя в сад.
Там Александр увидел большую клумбу, на которой пышно цвели ароматные розы — намного крупнее и красивее тех, что он только что принёс.
— Ничего себе! Да у вас тут целая плантация роз. Я и представить не мог.
— Розы — это ещё что. Вон капуста, дальше морковь, которую я сегодня полола. Потом кабачки, свёкла, — Катя с удовольствием показывала хозяйство.
Саша слушал вполуха и постоянно отмахивался от комаров, назойливо крутившихся возле лица.
— Ты хоть какую-нибудь простую одежду с собой взял? — спросила Катя, оглядывая его наряд. — Здесь быстро всё испачкаешь. А вон там у нас ещё картофельное поле. Его окучивать надо, от жуков опрыскивать, потом осенью копать…
Александр только кивал и всё чаще посматривал на Катю — на её небрежный пучок, чистое лицо без косметики, на старый халат.
— Вы где там потерялись? Идите обедать! — позвала с крыльца Ольга Петровна.
Саша и Катя вернулись в дом.
На столе уже стояла большая кастрюля со щами, миска домашней сметаны и крынки свежего молока.
— Хлеб вот только магазинный, к сожалению. Летом печь некогда, да и жара такая. А зимой я домашний делаю, не ленюсь, — сказала Ольга Петровна. — Прошу к столу. Вот зимой к нам приедете — тогда уж настоящим домашним хлебом угощу.
— Даже не знаю, получится ли зимой приехать, — неуверенно произнёс Саша. — Работы много. Брать отпуск зимой смысла нет. Да и хлеб я почти не ем, от него у меня изжога. Вы уж простите.
— Мам, ну зачем ты щи поставила? — почти со слезами в голосе проговорила Катя. — Мы же знакомство отмечать будем, чай попьём. Саша торт свежий привёз.
— Ну хорошо… Как хотите. Значит, будем чай пить, — спокойно согласилась мать.
— Да я и правда не голоден, — улыбнулся Александр. — Я совсем ненадолго. У меня ещё дела в городе. Обещал к вечеру вернуться.
Катя заметно помрачнела.
Она почти не смотрела на Сашу, молча пила чай, похвалила принесённый торт и поинтересовалась:
— А у тебя какие планы на отпуск?
— Так я уезжаю. Разве не рассказывал? — непринуждённо ответил парень и вдруг вспомнил: — Ах да, точно. Тебе, кажется, не говорил. Мне нужно съездить к дяде в областной центр. Он обещал попробовать устроить меня на хорошую работу. По знакомству, конечно. Сама понимаешь: большой город — возможностей намного больше.
— Конечно! — Катя вдруг заметно оживилась. — Совсем другое дело. Зарплата выше, карьеру можно сделать. Потом машину приобрести, квартиру купить. Не то что в маленьком городке, а уж про деревню вообще молчу.
Саша кивнул, но по лицу было видно, что он никак не поймёт — Катя говорит серьёзно или насмехается.
Ольга Петровна продолжала молчать.
— Всё правильно, Саша. В этой жизни нужно уметь пробиваться, а не сидеть на одном месте. Главное — полезные знакомства, нужные люди. Без этого теперь никуда. Ну и терпение, конечно. Труд, старание. Лет десять пройдёт — повышение получишь. Ещё лет десять — уже и жильё появится, и автомобиль. А что человеку ещё для счастья нужно?
— Согласен, — ответил Александр. — И людей возле себя тоже надо правильно подбирать. Не с каждым стоит идти одной дорогой.
— Вот именно! — Катя даже ударила кулачком по столу. — Зачем тратить время на неперспективных людей? Какая разница, что они говорят и какие они внутри, если никакой большой цели у них нет и достижений тоже? Только мешать будут идти вперёд.
Она махнула рукой и поднялась из-за стола.
Через несколько минут девушка ушла в свою комнату переодеваться. Вскоре вернулась уже в красивом платье, с бусами на шее и распущенными пышными волосами.
— Вот теперь я тебя узнаю, — довольно улыбнулся Саша. — А то сначала ты меня прямо напугала. Честное слово, еле узнал.
— Ты меня вообще плохо знаешь, Саша, — рассмеялась Катя. — Та, которую ты видишь в городе — нарядная, надушенная, на каблуках, — как раз не совсем настоящая. А вот здесь, в простом ситцевом платье, босиком в тапках, в белом платочке, как деревенская бабушка, — это я настоящая. Самая обычная. Согласен?
— Не знаю. Мне всё-таки больше нравится, когда ты нарядная, — недовольно протянул Саша. — И не поверю, что тебе самой не нравится красиво одеваться. Все девушки это любят. Может, лучше со мной в город поедешь? Неужели весь отпуск собираешься возле грядок провести?
На несколько секунд в комнате стало тихо.
С улицы послышались шаги по крыльцу, затем кто-то вошёл в сени.
В дверях появился Виктор.
Он нерешительно остановился у порога, но Катя тут же поднялась, а глаза её неожиданно засияли.
Она подошла к соседу, взяла его под руку, подвела к столу и поставила перед ним чашку чая.
— Ты бы хоть представила мне человека, — попросил Александр.
— Ах да… Это мой жених Виктор, — совершенно спокойно выпалила Катя.
Витя моментально поперхнулся чаем.
Он вскочил со стула и закашлялся.
Катя тут же стала хлопать его ладонью по спине.
— Ну что же ты, Витюша… Осторожнее. Я ведь знаю, что ты горячий чай любишь, поэтому почти кипяток налила. Прости.
Она ласково погладила его по голове.
Ошарашенный Виктор снова послушно опустился на стул и уставился в свою чашку, боясь поднять глаза.
— Жених, значит? — воскликнул Саша. — Ну теперь всё ясно. Поздравляю вас. Правда. Вы прямо идеально подходите друг другу. Только почему ты сразу не сказала, что у тебя здесь жених имеется? Зачем тогда меня сюда звала?
Он резко поднялся и начал глазами искать свою дорожную сумку.
— А ты меня разве спрашивал, есть у меня здесь кто-нибудь или нет? Витю я вообще-то давно люблю, ещё со школы. Мало ли у меня в городе знакомых, с которыми можно танцевать и отдыхать… А для семейной жизни, я считаю, нужно выбирать настоящего мужчину, — ответила Катя и с насмешкой посмотрела Александру прямо в лицо.
— В таком случае я уезжаю. Спасибо за чай. Всего хорошего вам! Счастья семейного! Урожая богатого! Особенно картошки побольше! — почти кричал Саша.
Он схватил сумку и быстро сбежал с крыльца.
— Догнать его и врезать, Кать? — спросил Виктор, уже начиная подниматься.
— Да пусть идёт, — махнула рукой девушка. — Мы всё-таки его торт съели, неудобно как-то. Кстати, торт действительно хороший, свежий. Тебе понравился?
Она как ни в чём не бывало налила Виктору вторую чашку чая.
Ольга Петровна всё это время сидела неподвижно, словно окаменела, только переводила взгляд то на дочь, то на соседского парня.
— И что сейчас вообще произошло? — наконец спросила она. — Катя, ты его за несколько минут выставила…
— Да, мамочка. А ещё я замуж собираюсь. Вот за него, — Катя спокойно показала рукой на Виктора, который невозмутимо доедал кусок Сашиного торта.
Мать и дочь одновременно уставились на него.
Витя допил чай, поставил чашку и решительно поднялся.
— Завтра же идём в сельсовет и подаём заявление!
— А вдруг я опять пошутила? — звонко рассмеялась Катя и выбежала из дома.
— Ах ты вот как! — крикнул Виктор и тут же бросился за ней во двор.
— Ну и поговорили… Когда же она наконец наиграется? — покачала головой Ольга Петровна, собирая со стола чашки. — Всем нервы треплет. Вот ведь девчонка! Никакой управы на неё нет.
В тот вечер Катя ушла на свидание и вернулась домой очень поздно.
С Виктором они гуляли почти до рассвета.
А вскоре действительно пошли подавать заявление.
Свадьбу праздновали едва ли не всей деревней. Такое случалось нечасто: и жених свой, и невеста своя, да ещё всю жизнь жили по соседству.
А как они смотрели друг на друга!
Сразу было понятно — любовь.
— Всё-таки сумел наш Витька Катю укротить! Будто дикую лошадку поймал, оседлал и приручил, — со смехом говорили соседи.
— Это ещё большой вопрос, кто кого приручил! — не соглашалась Ольга Петровна. — Но с выбором дочери я на этот раз полностью согласна!