Обычные подростковые приключения — тайные посиделки в подъездах, портвейн, первые романтические увлечения и поцелуи — практически не коснулись её жизни. «К сожалению, я всё время читала», — позднее иронизировала Добровольская. Одноклассники не вызывали особенного интереса, а влюблённости проходили стороной. Зато уже примерно в двенадцать лет она совершенно точно определилась с будущей профессией. Когда объявила матери, что намерена стать актрисой, та только тяжело вздохнула. Отец попытался успокоить дочь по-своему: мол, при местном Дворце культуры есть театральный кружок, вот там она и сможет заниматься. Но подобное предложение Женю лишь оскорбило. Какой ещё любительский кружок, когда речь идёт о настоящем театре?
В ЧЕТЫРНАДЦАТЬ ЛЕТ ОНА УЖЕ ВЫХОДИЛА НА СЦЕНУ В ОБРАЗЕ ДЖУЛЬЕТТЫ
Огромную роль в становлении будущей артистки сыграла театральная студия на Красной Пресне, которой руководил Вячеслав Спесивцев. Евгения пришла туда самостоятельно, ещё будучи подростком, без какого-либо участия родителей. Сценический опыт у неё, впрочем, появился гораздо раньше. В шесть лет девочка впервые выступила в балетной студии, участвовала в постановке «Бременские музыканты», позднее танцевала в коллективе «Ритмы детства» при расположенном неподалёку Дворце культуры. Но именно занятия у Спесивцева стали началом серьёзного освоения актёрской профессии.
В четырнадцатилетнем возрасте Женя получила роль Джульетты. Много лет спустя она с особенной нежностью вспоминала, что сыграла шекспировскую героиню практически в том же возрасте, в каком та была задумана автором. Это казалось ей настоящим подарком судьбы. После такого опыта никаких сомнений в выборе жизненного пути уже не оставалось. Только сцена, только актёрство — и никаких запасных вариантов.
В 1981 году, окончив школу, Добровольская отправилась поступать в ГИТИС. Первая попытка завершилась неудачей, причём сопровождалась громким конфликтом. Во время начального тура экзаменаторы, которых она впоследствии называла «тётками», принялись перечислять её недостатки: здесь чего-то не хватает, там что-то не соответствует требованиям. Не выдержав, Женя резко спросила, кем они вообще себя считают. После подобного выступления шансы попасть в институт практически исчезли. Поступление в Ленинградский институт театра, музыки и кинематографии также закончилось провалом.
Многие на её месте отказались бы от мечты. Однако Евгения выбрала другой путь: устроилась уборщицей в Театр имени Моссовета и продолжила готовиться к новым вступительным испытаниям. Именно тогда, в 1983 году, произошла история с проникновением на территорию «Мосфильма», знакомством с Павлом Чухраем и получением первой кинороли в картине «Клетка для канареек».
«Клетка для канареек» (1983).
ПЕРВЫЙ ВЫХОД НА ЭКРАН — И СРАЗУ РЯДОМ С АЛИСОЙ ФРЕЙНДЛИХ
Начало кинокарьеры оказалось по-настоящему впечатляющим. Партнёршей юной дебютантки стала знаменитая Алиса Бруновна Фрейндлих, исполнявшая роль её матери. Добровольская позднее рассказывала, насколько потрясло её профессиональное мастерство старшей коллеги. Фрейндлих могла совершенно спокойно стоять перед камерой, но стоило режиссёру дать команду начинать съёмку, как её глаза мгновенно наполнялись слезами, а сама она полностью превращалась в героиню. Для неопытной Жени такое перевоплощение выглядело почти волшебством. Себе она тогда отводила куда более скромные возможности, шутя, что умела разве что изображать грусть перед объективом.
Однако даже этого оказалось достаточно, чтобы зрители и профессионалы заметили начинающую актрису. После выхода фильма Добровольская вновь отправилась поступать в театральный институт и со второй попытки добилась своего. Её приняли в ГИТИС, на актёрский курс Владимира Наумовича Левертова.
ГИТИС: НАСТАВНИКИ, ДЛЯ КОТОРЫХ СТУДЕНТЫ БЫЛИ ВАЖНЕЕ ВСЕГО
Студенческие годы Евгения обычно вспоминала с благодарностью. Мастерская Людмилы Касаткиной и Сергея Колосова стала для неё серьёзной профессиональной школой. Но главным человеком в своём актёрском образовании она называла Владимира Левертова. Сам он не сумел построить выдающуюся сценическую карьеру, зато оказался замечательным преподавателем. Среди его учеников были Юрий Стоянов, Татьяна Догилева и будущий известный кинорежиссёр Андрей Звягинцев, также окончивший актёрский курс.
По мнению Добровольской, Левертов относился к редкому типу наставников, которые полностью посвящают себя ученикам. Такие педагоги не стремятся сломать личность молодого артиста, не подавляют его унижениями, а поддерживают и помогают раскрыться. Евгения объясняла, что начинающий актёр особенно уязвим, зависим от чужого мнения и нуждается прежде всего в любви. Когда преподаватель замечает сильные стороны студента, верит в него и говорит слова поддержки, это помогает расти гораздо эффективнее постоянной критики.