— Дорогой, давай-ка с месяц-другой поживем отдельно, и ты определись, нужны мы тебе с сыном, или нет.

Обычно девушки, женщины ждут предложения, как манны небесной. Дождалась и я, правда, не могу сказать, что предложение, сделанное мне Александром было очень уж необходимым для меня, скорее мне нужно было убедиться, что мой мужчина хочет создать со мной семью и жить вместе, а будет ли это закреплено формально, меня не беспокоило.

Поэтому, когда Саша красиво преподнес мне колечко и попросил стать его женой, я согласилась, но сказала, что регистрировать брак мы не будем, просто «узаконим» наш гражданский брак в сознании, как это делают сейчас сплошь и рядом.

Саша, конечно, обалдел от такого варианта и не нашелся сразу что ответить. Вечер получился смазанным, потом он попросил паузу, чтобы осмыслить ситуацию, но через дней десять позвонил и сказал, что согласен жить без штампа в паспорте.

Наши отношения снова выровнялись, я, как могла, успокоила своего уже, так скажем, мужа, что отсутствие свидетельства о браке ничего не меняет, я постараюсь быть хорошей женой и мамой наших детей. Последний аргумент окончательно растопил льдинки между нами, и мы начали нашу семейную жизнь с самых радужных надежд и ожиданий.

Честно сказать, я немного слукавила, когда аргументировала свой отказ тем, что многие так делают и что не считаю обязательной процедуру регистрации. У меня тогда висел ипотечный кредит на квартиру, в которой мы и жили, была еще одна, оставшаяся по наследству от родителей мамы, я ее сдавала по долгосрочному договору. Понимая, что совместный бюджет, подтвержденный регистрацией брака внесет существенные коррективы в мои материальные «владения». Понимал это и Александр, он был в курсе моих дел, а еще – понимала моя, как бы свекровь. Они не акцентировали внимание на принадлежащей мне недвижимости, но подсознательно она сидела у них в голове и не давала покоя.

Проявлялось это у них по разному. Муж иногда становился раздражительным, опять начинал заводить разговоры о ЗАГСе, о том, что ему было бы приятно иметь свидетельство о браке как подтверждение полного обоюдного доверия друг к другу.

Свекровь со мной старалась общаться только в крайних случаях, не пересекаться по праздникам и подчеркивать, что мы с ней не родственники, как и мои родители для нее не сваты, а так, дальние знакомые.

Сгладились углы, когда я забеременела. Саша обо мне заботился, крутился и на работе, и по дому, даже свекровь регулярно стала наведываться и оставлять после себя в «наследство» полные кастрюли приготовленной еды.

В срок и без проблем у нас родился первенец – Вадик, его появление еще больше сблизило всех нас и, казалось бы, все прошлые упреки и подозрения забыты и выброшены из головы. Но успокоилась я рано.

Прошло три года. При внешнем нашем семейном благополучии я стала замечать, что Саша меньше бывает дома, когда я пытаюсь расспросить его где он задерживается, реагирует как-то неадекватно. Дежурной отмазкой у него было «в гараже». Где находится его гараж я знала только приблизительно, ну а с ремонтом или профилактикой машины всегда можно что-то придумать, хотя муж вовсе и не старался придумывать – говорил коротко: «Машину нужно глянуть».

У меня стали появляться подозрения, что он, если и смотрит, то не на машину, и не в гараже. Как-то, прибежав в пятницу вечером, он вдруг засобирался «в гараж глянуть машину», но оделся при этом явно не для смотровой ямы. Я его остановила у дверей и спросила напрямую:

— Ты же не в гараж идешь?

Александр зло глянул и ответил вопросом на вопрос:

— А ты что, жена мне, чтобы интересоваться?

Вернулся он в воскресенье утром. Я провела вечер пятницы и субботу на нервах, переживая, вдруг с ним что-то случилось. Сделала звонок его матери, но нарвалась на такую же грубость:

— А ты ему кто? Не захотела расписываться, чего теперь права какие-то качаешь? Принимай, как есть!

Когда Александр явился, я «приняла»:

— Дорогой, давай-ка с месяц-другой поживем отдельно, и ты определись, нужны мы тебе с сыном, или нет.

Муж, как будто этого и ждал:

— Согласен, а ты определись, больше тебе нужны твои квартиры, или я?

Это было уже похоже на ультиматум – или расписываемся, или разбегаемся. Александр ушел жить к свое матери, прошло уже почти два месяца, как он хлопнул дверью. Не звонит и не интересуется даже ребенком. Мне кажется, мы уже не сможем восстановить отношения и жить вместе, независимо от того, послушаем марш Мендельсона, или нет…

— Дорогой, давай-ка с месяц-другой поживем отдельно, и ты определись, нужны мы тебе с сыном, или нет.
Как я боролась с новой женой своего мужа