После долгой поездки и прогулки по морозу горячее сытное блюдо выглядело бы куда логичнее огромного куска хлеба, щедро покрытого вареньем.
Некоторые зрители объясняют её поведение тяжёлым детством. Тося выросла в детском доме, питалась скромно, поэтому, увидев сладости и варенье, будто бы не смогла удержаться и сразу набросилась на редкие лакомства.
Никто не спорит, что жизнь в послевоенных детских домах была трудной, а рацион воспитанников едва ли отличался разнообразием. Сытная и вкусная еда действительно могла запомниться им как нечто особенное.
Но сторонники этой версии почему-то не учитывают важную подробность: Тося к моменту приезда окончила кулинарное училище.
Там будущих поваров учили готовить не только супы, каши и картофель. Ученики наверняка осваивали выпечку, десерты, пирожные, печенье, компоты и те же домашние заготовки.
Во время практических занятий повара постоянно работали с продуктами и пробовали приготовленные блюда. Поэтому предположение, что после нескольких лет обучения Кислицына впервые увидела варенье или потеряла голову при виде Анфисиных конфет, выглядит не слишком убедительно.
Сладкая еда едва ли могла быть для выпускницы кулинарного училища невероятной диковинкой.
Возможно, огромный бутерброд понадобился создателям фильма исключительно ради комического эффекта. Такая сцена мгновенно раскрывает характер героини: непосредственной, бесцеремонной, по-детски честной и совершенно не похожей на остальных девушек.
Но если рассматривать происходящее с бытовой точки зрения, вопросов остаётся немало.
Почему продукты Ксан Ксаныча лежали на общем столе? Кто заранее нарезал хлеб? Зачем открыли кофе, если Тося пила чай? Почему девушка выбрала варенье, хотя рядом находились макароны, консервы и другие продукты, из которых профессиональная повариха могла за несколько минут приготовить полноценный ужин?
Так что же это было: небольшая ошибка реквизиторов, сознательная режиссёрская условность или тщательно продуманная деталь характера Тоси Кислицыной?