— Я устала быть удобной для вас обоих, а не человеком. Устала от того, что никто не считает нужным спрашивать, есть ли у меня силы, время, желание. Ты говоришь: «Ты же всегда соглашалась». А ты хоть раз задумался, чего мне это стоило? Сколько раз я отказывалась от своих дел, своего отдыха, своего здоровья, лишь бы не испортить отношения в семье?
Кирилл раздражённо махнул рукой.
— Опять начинается. Какая же ты, оказывается, страдалица. Тебя никто не заставлял. Если соглашалась — значит, тебя всё устраивало.
— Я делала это, потому что хотела сохранить мир, — ответила Лада с горечью. — Я надеялась, что ты однажды заметишь, как мне тяжело. Поймёшь. Оценишь. Но ты решил, что так и должно быть. Что я обязана обслуживать твою мать и весь ваш семейный уклад. И знаешь, что особенно интересно? Моя мама ни разу не просила тебя ехать к ней мыть окна или помогать в огороде. Хотя ей тоже нелегко. Просто она понимает, что у нас своя жизнь. А твоя мать — вместе с тобой — давно воспринимает меня как бесплатный ресурс.
— Не сравнивай их! — вспыхнул Кирилл.
Но на полуслове замолчал.
Впервые за весь разговор в его глазах мелькнула не злость, а растерянность. Будто он вдруг понял, что зашёл слишком далеко, но не знал, как теперь всё исправить.
Лада смотрела на него уже не с раздражением, а с тихой, почти печальной усталостью.
— Я не прошу невозможного, — сказала она мягче. — Мне не нужен идеальный муж. Я просто хочу, чтобы ты увидел во мне человека. Не помощницу. Не удобную функцию. А женщину, которая рядом с тобой живёт. И если ты не способен этого понять… тогда, возможно, нам стоит говорить уже не о покупках и окнах, а о том, есть ли у нас вообще семья. Или мы просто живём под одной крышей как чужие люди.
С этими словами она встала, ушла в спальню и тихо закрыла за собой дверь.
Кирилл остался один посреди гостиной. Он то сжимал, то разжимал пальцы, словно пытался удержать что-то, что уже ускользало.
За окном медленно угасал день, а в квартире повисла тяжёлая, честная тишина — такая, в которой больше невозможно было делать вид, будто ничего не происходит.