Похоже, чемоданы можно было вообще не распаковывать. С самого начала было понятно, что возвращение Сассексов в Великобританию вряд ли окажется таким тёплым и радушным, каким они, возможно, представляли его себе. Их встретили довольно сдержанно, быстро обозначив новые правила и границы. Королевские обозреватели, среди которых Дикки Арбитер, предполагают, что Меган крайне недовольна происходящим и уже настаивает на скорейшем возвращении вместе с Гарри в Монтесито.
Правда, до отъезда, как предполагают комментаторы, принц Гарри всё-таки может попытаться добиться личной встречи с отцом. Вокруг этой возможной беседы уже строится немало версий — от финансовых вопросов до будущих семейных договорённостей. Но почему пара вообще так быстро заговорила о возвращении? Причин называют множество: британская погода не радует, привычная жизнь осталась в Калифорнии, расходы растут, а отношения внутри королевской семьи легче не становятся. И отдельно в этой истории снова всплывает имя принца Уильяма, влияние которого на короля, судя по предположениям прессы, продолжает усиливаться.
Главной неприятностью для герцога и герцогини Сассекских оказалось даже не открытое противостояние. Всё куда прозаичнее: дворец фактически перестал участвовать в эмоциональной войне. Вместо публичных конфликтов и громких ответов теперь используется максимально сухой официальный язык. А против холодного протокола куда сложнее бороться интервью, документальными проектами и эмоциональными заявлениями.
Во всём снова винят Уильяма
Возвращение Гарри и Меган в Великобританию некоторые наблюдатели изначально представляли едва ли не как эффектное возвращение изгнанников. Можно было вообразить почти кинематографический сценарий: британская публика встречает их с восторгом, вокруг собираются толпы поклонников, а Букингемский дворец спешно ищет способ наладить отношения.
Реальность, однако, оказалась гораздо менее торжественной. Уже через две недели пребывания в стране стало ясно, что прежнего отношения к бывшим работающим членам королевской семьи никто возвращать не собирается. Вместо триумфа пара столкнулась с демонстративной сдержанностью и официальной дистанцией.
Особенно болезненным моментом, по мнению авторов публикаций, стало решение Карла III напомнить государственным и военным структурам о нынешнем положении сына и его супруги. Посыл оказался предельно понятным: Гарри и Меган больше не представляют британскую корону и действуют как частные лица, ведущие собственные коммерческие проекты.
Отдельного внимания заслуживает то, каким образом информация была передана представителям Сассексов. По сообщениям прессы, их команда получила соответствующее уведомление буквально незадолго до того, как сведения появились в СМИ. Если это действительно так, времени на подготовку собственной информационной реакции у пары почти не оставалось.
Дворец, похоже, сделал выводы из прежних скандалов и теперь действует гораздо осторожнее. Информация выдаётся дозированно, официально и в последний момент, что значительно усложняет любые попытки представить события в другом свете или заранее подготовить альтернативную версию.
Тень Уэльского и неожиданные последствия
После столь прохладного приёма в британской прессе практически сразу заговорили о том, кого Гарри и Меган могут считать главным инициатором нового курса. И здесь снова появилось имя принца Уильяма.
Сторонники этой версии предполагают, что наследник престола оказывает всё большее влияние на решения отца и заинтересован в том, чтобы положение младшего брата было максимально чётко отделено от официальной деятельности монархии. Разумеется, доказательств того, что Уильям лично диктовал подобные формулировки придворным чиновникам, нет, однако британские таблоиды не могли пройти мимо столь удобной версии.
Но почти одновременно возникла ещё одна история. В СМИ появились сообщения о решении Уганды отказаться от участия в «Играх непокорённых», проекте, который много лет тесно связан с именем принца Гарри.
Особое внимание привлекла позиция генерала Мухузи Кайнеругабы, сына президента Уганды. Он публично подчеркнул уважение к королю Карлу III и дал понять, что его страна не хочет предпринимать шаги, которые могли бы быть восприняты как проявление нелояльности британскому монарху.
Причём ситуация получила дополнительный оттенок после его заявлений о том, что внутри военных структур якобы существовали сторонники более тесного сотрудничества с проектами Гарри. Однако генерал дал понять, что любые подобные настроения не должны идти вразрез с демонстративным уважением к действующему королю.
Любопытнее всего оказалось то, что организаторы «Игр непокорённых», если верить публикациям, сами узнали о позиции Уганды уже после того, как тема начала активно распространяться в информационном пространстве. Если ситуация действительно развивалась именно так, она стала ещё одним неприятным эпизодом для команды Гарри.
Овсянка принца Джорджа оказалась интереснее
Казалось бы, подобные события должны были обеспечить Сассексам первые полосы британских газет на несколько дней. Формальный статус, отношения с дворцом, международные последствия — материала для обсуждений хватало.
Но тут в информационную повестку неожиданно вошёл представитель следующего поколения Виндзоров. Принц Джордж и его образование оказались для британской публики едва ли не интереснее очередной главы семейного конфликта.
Газеты с энтузиазмом обсуждали школьную жизнь будущего монарха, его распорядок дня, меры безопасности, форму, учебный процесс и даже меню. На этом фоне история Гарри и Меган неожиданно отошла на второй план.
Можно представить, насколько странно это выглядело со стороны Сассексов. Вероятно, вокруг изменения их положения ожидалось куда больше разговоров, споров, телевизионных эфиров и громких заголовков.
Вместо этого значительная часть британской прессы предпочла обсуждать, чем будет обедать принц Джордж.
СМИ внимательно разбирали фотографии юного принца рядом с родителями, обсуждали его одежду и школьные традиции. Отдельно журналисты рассматривали образ Кейт, детали семейного появления и всё, что окружало новый этап в жизни Джорджа.
Новости же о Сассексах во многих случаях оказывались значительно ниже в информационной повестке. И такое равнодушие могло оказаться гораздо неприятнее открытой критики.
В конце концов, зачем бесконечно обсуждать людей, добровольно покинувших рабочую королевскую систему, если рядом растёт будущий король, каждое появление которого автоматически вызывает огромный интерес? Параллельно в прессе всё чаще звучали оценки, что Карл III наконец начал действовать куда жёстче и увереннее.
Слишком быстрый финал большого возвращения
И вот всего через четырнадцать дней после начала широко обсуждаемого возвращения снова заговорили о возможном отъезде Гарри и Меган в Соединённые Штаты.
Неожиданно появилось множество причин, почему рождественский период семье якобы лучше провести именно в Калифорнии. Там живёт мать Меган Дория, там находится их привычный дом, а климат Монтесито явно приятнее британской осени и зимы. Кроме того, приглашения на главные королевские семейные мероприятия, судя по прогнозам экспертов, им ожидать не стоит.
Королевский эксперт Дикки Арбитер выразил сомнение в том, что Сассексы захотят надолго задерживаться в Великобритании. По его мнению, к рождественскому периоду семья с высокой вероятностью снова окажется в Монтесито. Он также обратил внимание на то, что в прессе постоянно обсуждают возможное примирение Гарри с королём, тогда как отношения Меган с её собственным отцом Томасом Марклом остаются не менее сложной темой.
Правда, вопрос о примирении с Томасом Марклом в этой истории выглядит совершенно отдельным сюжетом. Пока основное внимание сосредоточено именно на отношениях Гарри с Виндзорами. Меган, если верить источникам британских обозревателей, уже вполне готова вернуться домой. Гарри, возможно, ещё надеется изменить ситуацию, однако дальнейшие неудачи способны заставить и его пересмотреть планы.
Так что же получается в итоге? Чемоданы снова закрываются, тщательно подготовленные улыбки отправляются обратно в шкаф, а громкое возвращение постепенно превращается в короткую остановку перед очередным рейсом через Атлантику?
Британская монархия продолжает жить по собственному расписанию, принц Уильям укрепляет положение наследника, Карл III демонстрирует новые правила общения, а принц Джордж спокойно забирает себе внимание прессы.
Кажется, занавес уже почти опускается. Только окончательно списывать Сассексов со сцены явно рано. Если история последних лет чему-то и научила публику, так это тому, что Гарри и Меган почти всегда находят новый повод снова оказаться в центре обсуждений.