Перед зимней сессией Вадим сказал, что хочет познакомить меня со своей мамой, отца у него не было. Я с опаской ждала нашей встречи с будущей свекровью, и хотя знакомство с Александрой Владимировной прошло без эксцессов, я поняла, что она очень недовольна выбором сына, хотя и старалась не подавать виду.
Еще через несколько месяцев Вадим сделал мне предложение. Я была этому очень рада, так как действительно влюбилась в своего психотерапевта, как я в шутку иногда называла Вадима, только высказала сомнение по поводу наших взаимоотношений с его матерью, тем более, что жить после свадьбы мы собирались у нее. Вадим меня успокоил, что все будет нормально, но норма потом была очень относительной.
Свадьбы, как таковой не было. Мы отпраздновали нашу роспись в ресторане, с мамой Вадима и моими приемными родителями, дядей Сашей и тетей Ниной. Все расходы по организации взял на себя Вадим, и свекрови это не понравилось.
Уже когда мы жили у нее, а мою квартиру сдали в аренду, Александра Владимировна не раз вспоминала, что Вадим меня облагодетельствовал, подобрал на лавочке и сделал из меня человека. Мне было очень обидно слушать ее упреки, но я Вадиму не жаловалась, чтобы не нагнетать обстановку.
Летом мы поехали отдохнуть на море, подвернулась путевка на четыре дня и пять ночей, недорогая, но этот отдых обернулся большими неприятностями – я попала под кроссовер, от удара и ушиба позвоночника у меня нарушилась двигательная функция ног, я их почти не чувствовала. Вина была моя, мы с мужем нарушили правила перехода, потому никакие страховые компенсации получить не удалось, пришлось выкручиваться самим. С деньгами выкручивался один Вадим, я лежала, или передвигалась по квартире в инвалидной коляске, врачи говорили, что нужно время или активный курс реабилитации позвоночника, который стоил заоблачных денег.
Свекровь в отсутствие мужа пилила меня, называла неполноценной, обузой, и еще многими обидными словами. Прекратилось это безобразие только после того, как Вадим, однажды услышав слова матери, в тот же день перевез меня на квартиру своего друга, уехавшего за рубеж, и нанял сиделку. Ему предстояла длительная командировка по работе, и Вадим понимал, что свекровь меня просто изведет своими упреками.
Муж уехал, я осталась одна в четырех стенах. Сиделка приходила дважды в день, и вот однажды, когда она пришла, раздался звонок в дверь. Женщина открыла, и я увидела свою свекровь, а за ней двух крепких мужчин в белых халатах, такие, знаете, классические санитары из заведения для психически больных.
Я подумала, что свекровь хочет от меня избавиться и упечь в дурку, пока ее сына нет дома, потому сразу начала протестовать и требовать убраться эту колоритную компанию. Но Александра Владимировна неожиданно улыбнулась и дружелюбно сказала:
— Наташа, успокойся, мы едем в реабилитационный центр, я все вопросы решила. Вадик мне рассказал, что на твоем месте должен быть он, но ты его вытолкнула на тротуар в последний момент. Я тебе бесконечно обязана и, прости меня за все то, что между нами было…
В квартире повисла тишина, потом меня собрали, и санитары (это были таки они), вынесли вместе с коляской.
В реабилитационном центре я находилась почти полтора месяца, свекровь жила в одной комнате со мной. Сказать, что медики за меня взялись со всей своей активностью – ничего не сказать. Из свободного времени у меня было только время на еду, на ночной и послеобеденный сон, все остальные часы я занималась, со мной занимались, лежала на процедурах, опять тренировалась, словом – двигалась к выздоровлению.
Уже потом свекровь мне призналась, что для того, чтобы меня взяли в этот элитный (действительно) центр, она продала дачу, ту самую, где мы сидели с Вадимом после окончания школы. Я, конечно, не ожидала от Александры Владимировны такого и искренне ее поблагодарила, а она махнула рукой:
— А, ерунда, даст бог, другую купим…
Вадиму мы не говорили о моем переезде в центр, готовили сюрприз, и он удался – мужа я встречала из командировки вместе со свекровью, в аэропорту, стоя на ногах, хоть и опиралась еще на руку Александры Владимировны.
Увидев нас рядом, Вадим чуть не уронил сумку, а потом побежал к нам и обнял сразу двоих. Не только ему, и нам было очень приятно, что в семье воцарился мир и взаимопонимание, жаль, что для этого мне нужно было «доказать» свекрови свою любовь к Вадиму и на какое-то время быть привязанной к коляске. Но теперь все хорошо, мы живем дружно и без проблем.
А дачу мы все равно купим!