Я ещё долго стояла у края дороги, пока пыль, поднятая машиной Максима, медленно оседала на выгоревшую траву. Трасса была безлюдной — вокруг ни домов, ни прохожих, только ветер, шуршавший сухими кустами по обочине.
В руках я держала старую сумку. Ту самую, с которой когда-то ездила к детям в Москву, когда они ещё учились. Внутри было лишь самое нужное: платок, документы, немного денег и фотография Андрея.
Я крепче прижала её к себе.
— Вот и всё, Андрей… — едва слышно сказала я. — Вот к чему всё пришло.
Машины появлялись редко. Иногда где-то вдалеке проносились грузовики, и за ними снова поднимались клубы пыли.
Сначала я никак не могла принять случившееся.
Ещё утром мы стояли у могилы Андрея. Земля после ночного дождя была сырой, люди переговаривались вполголоса. Максим выглядел серьёзным, собранным. Он обнимал меня за плечи и говорил:
— Мам, держись. Теперь всё наладится. Я рядом.
Тогда я даже расплакалась от его слов.
Но уже через час всё изменилось.
Когда все разошлись, Максим предложил подвезти меня домой.
— Тебе надо отдохнуть, — сказал он, помогая мне сесть в машину.
Я молча согласилась. На спор у меня просто не осталось сил.
Почти сорок минут мы ехали в тишине. Я смотрела в окно на знакомые поля, на старые деревья вдоль дороги. Но вдруг машина свернула на просёлочную дорогу.
— Максим… — тихо произнесла я. — Мы едем не туда.
Он промолчал.
Через несколько минут автомобиль остановился.
— Мам, выходи, — сухо сказал он.
Я посмотрела на него, не понимая, что происходит.
— Что случилось?
Он даже не обернулся.
— Выходи здесь. Дом и бизнес теперь мои.
Эти слова прозвучали так буднично, будто речь шла о чём-то совершенно обычном.
— Максим… — только и смогла прошептать я.
Но он уже распахнул дверь с моей стороны.
— Ты сама говорила, что устала. Поживёшь где-нибудь в тишине.
Я выбралась из машины, чувствуя, как дрожат ноги.
— А мне куда идти?
Он впервые посмотрел на меня. В его взгляде не было ни злости, ни жалости. Только холодная уверенность.
— Это уже не мои заботы.
Дверь захлопнулась.
Через мгновение машина сорвалась с места.
Я осталась одна.
Сначала я просто стояла, не в силах пошевелиться. Потом медленно опустилась на старый деревянный столб у дороги.
В голове звучал голос Андрея.
«Лена, что бы ни случилось, не бойся. Правда всё равно выйдет наружу».
Тогда я не поняла, о чём он говорил.
Теперь начала понимать.
Потому что Андрей всегда был очень осторожным человеком. Даже слишком осторожным.
И за неделю до смерти он сделал одну странную вещь.
Такую, о которой Максим даже не подозревал.
Я открыла сумку и достала небольшой конверт.
На нём его рукой было написано:
«Открыть только тогда, когда станет совсем тяжело»
Я медленно вскрыла конверт.
И когда прочитала первые строки, у меня задрожали руки.
Потому что Андрей всё знал.
И обо всём позаботился заранее.
А в это самое время где-то далеко, в нашем доме, Максим как раз открывал дверь…
Я сидела у дороги и перечитывала письмо Андрея снова и снова. С каждой строкой передо мной словно открывалось то, чего я раньше не замечала.
«Лена, если ты читаешь это письмо, значит, случилось именно то, чего я опасался…»
Я закрыла глаза. Андрей всегда тонко чувствовал людей. Он никогда не говорил лишнего, но если что-то предчувствовал, почти никогда не ошибался.
«Я знаю нашего сына. И знаю, как сильно изменили его деньги и окружение. Поэтому я заранее предпринял несколько шагов. Прости, что не рассказал тебе раньше. Я боялся, что ты не сумеешь до конца исполнить свою роль…»
Роль…
Это слово больно отозвалось внутри.
Дальше в письме были указаны имя человека и адрес. А ещё одна короткая фраза:
«Если Максим решит, что дом и бизнес теперь его, пусть сначала встретится с Сергеем Николаевичем. После этого всё встанет на свои места».
Я аккуратно сложила письмо.
Ветер становился всё холоднее. Солнце уже клонилось к закату.
Но впервые за весь день в душе появилась странная уверенность.
Андрей не мог оставить меня без защиты.
Он никогда бы этого не сделал.
Тем временем Максим подъехал к нашему дому.
Большой двухэтажный дом стоял на краю участка, окружённый старым садом. Андрей строил его почти десять лет. Каждое дерево в этом саду он сажал собственными руками.
Максим вышел из машины и огляделся.
На его лице появилась едва заметная улыбка.
— Наконец-то, — тихо произнёс он.
Он открыл дверь своим ключом и вошёл внутрь.
В доме было тихо. Неестественно тихо.
Максим прошёл в гостиную и бросил ключи на стол.
— Ну вот… — пробормотал он. — Теперь это всё моё.
Но в этот момент из кухни вышел мужчина лет шестидесяти. Высокий, седой, в строгом костюме.
Максим резко остановился.
— Вы кто такой?
Мужчина спокойно посмотрел на него.
— Добрый вечер. Я Сергей Николаевич Орлов.
Максим нахмурился.
— Что вы делаете в моём доме?
Мужчина чуть заметно улыбнулся.