Очень удобная привычка.
Как только его мать начинала переходить границу, у него сразу находилось неотложное занятие где-нибудь подальше.
Я всё чаще думала: если промолчать сейчас, будет следующий раз.
Потом ещё один.
Потом ещё.
Это уже давно перестало быть случайной неудачной шуткой.
Это стало системой.
И я понимала: рано или поздно она скажет что-то такое при большом количестве людей, и тогда сделать вид, что всё нормально, я уже не смогу.
Тем временем приближался день рождения свёкра.
Тамара Витальевна готовилась к нему чуть ли не с весны: обзванивала родственников, составляла меню, приглашала соседей.
— В этом году будет большой стол, — с гордостью повторяла она каждому, кому звонила.
Тогда я ещё не знала, что именно на этом празднике прозвучит фраза, после которой моё терпение закончится окончательно.
К тому времени в заметках телефона уже стояла цифра тринадцать.
Тринадцать раз.
Я давно перестала удивляться.
Просто фиксировала каждый случай.
На день рождения свёкра собралось двенадцать человек: родственники, двое соседей и несколько старых друзей семьи, с которыми они были знакомы ещё с советских времён.
Стол был заставлен едой.
Оливье стоял сразу в трёх салатниках.
Рядом холодец, закуски, запечённая утка, которую Тамара Витальевна приготовила сама и успела за вечер три раза подчеркнуть этот факт.
Я принесла свёкру подарок — хорошую куртку, которую он давно присматривал в магазине возле дома.
Помогла накрыть стол.
Расставляла посуду.
Разливала чай.
В общем, вела себя как обычно — старалась помочь.
Минут через сорок после начала застолья все немного расслабились, выпили по бокалу-другому, разговоры стали громче.
И тут одна из соседок спросила меня:
— Марина, а вы с Игорем где Новый год встречать будете?
— Скорее всего дома, — ответила я. — У нас квартира удобная, места достаточно.
Именно тогда Тамара Витальевна, сидевшая через два стула от меня, произнесла громко, отчётливо и так, чтобы услышал буквально весь стол:
— Ой, да наша квартирантка каждый раз говорит «у нас квартира», будто жильё действительно её. Ну смешная же.
Кто-то тихо усмехнулся.
Кто-то резко занялся тарелкой, будто ничего не слышал.
Соседка, которая задала вопрос, неловко посмотрела сначала на меня, потом на Тамару Витальевну.
Двенадцать человек.
Двенадцать пар глаз.
И в этот момент они все смотрели на меня.
Я почувствовала, как лицо моментально заливает жар.
Пальцы сжали ножку бокала настолько сильно, что костяшки побелели.
Внутри словно что-то оборвалось.
Без скандала.
Без шума.
Просто как тонкая нить, которая очень долго выдерживала натяжение, а потом лопнула от самого обычного движения.
Я даже на секунду сбилась с дыхания.
И вдруг вспомнила все предыдущие случаи.
Все четырнадцать.
Именно четырнадцатый раз прозвучал только что.
Словно кто-то быстро пролистал передо мной целый альбом неприятных моментов.
— Извините, мне нужно выйти, — тихо сказала я и поднялась из-за стола.
Игорь вроде бы собирался встать следом, но мать что-то сказала ему вполголоса, и он остался на месте.
Я ушла с праздника, даже не дождавшись торта.
Позже свёкор написал мне отдельно и извинился за жену.
В общем-то, ничего неожиданного.
Он и раньше неодобрительно качал головой, когда она переходила черту, но в этот раз впервые решился выразить это словами.
С женой при мне он спорить не стал.
Просто написал сообщение.
И, пожалуй, это было единственное, что немного согрело меня в тот вечер.
Я всю дорогу домой молчала.
И уже совершенно точно понимала: в этот раз просто обидеться, потом забыть и жить дальше не получится.
Слишком долго всё накапливалось.
Следующие три дня я ничего не предпринимала.
Не звонила свекрови.
Не писала.
Не устраивала мужу истерику.
Игорь дважды пытался начать разговор.
Оба раза я отвечала одинаково:
— Мне нужно подумать.
И я действительно думала.
Не на эмоциях.
Спокойно.
Методично.
Примерно так же, как работаю со сложным проектом перепланировки, где нужно заранее учесть каждую несущую конструкцию и не допустить ошибки.
Потому что ошибки в таких вопросах стоят дорого.
А я ошибаться больше не собиралась.
На третий день набрала Светлану.
— Свет, скажи мне одну вещь. Сколько сейчас примерно стоит снять однокомнатную квартиру или хорошую комнату в нашем районе? Мне нужна нормальная рыночная цена, не заниженная.
— А тебе зачем? — удивилась она.
— Хочу кое-что оформить официально. Всё-таки решилась.
Она посмотрела объявления по своей рабочей базе и через некоторое время назвала сумму:
— В районе тридцати пяти тысяч в месяц. Это средняя ставка по похожим вариантам.
Именно то, что мне и требовалось.
Не завышенная цифра.
Не символическая.
Обычная рыночная стоимость, чтобы потом никто не говорил, будто я взяла её с потолка.
В тот же вечер я достала документы на квартиру.