— Зато та квартира принадлежит тебе.
— Какая разница?
— Поселимся у тебя. Сюда я стану приезжать для работы. В маленькой комнате сделаю кабинет, в другой — просторную гардеробную. А иногда буду оставаться здесь на ночь, когда захочу тишины и одиночества.
С лица Леонида исчезла улыбка.
— В чём тогда вообще смысл брака?
— Ровно в том же, который ты видишь в сохранении своей квартиры.
— Это совершенно разные ситуации.
— Объясни, чем они отличаются.
Он ушёл на кухню и налил воду из бутылки.
— У мужчины обязательно должно оставаться собственное пространство.
Виктория едва удержалась от вопроса, сколько личного пространства требуется одному мужчине, если в его распоряжении две отдельные квартиры.
— А женщине оно не нужно?
— Вика, только не начинай.
— Я пока даже не начинала.
— Я просто хочу построить нормальную семью.
— Представь себе, я тоже.
— Зачем тогда устраивать соревнование?
— Какое ещё соревнование?
— Кто чем владеет и где чья территория.
Виктория удивлённо подняла брови.
— Но первым разговор о личной территории начал именно ты.
Леонид поставил бутылку на стол.
— Я только сказал, что сохраню свою квартиру.
— Именно свою.
— Ну да.
— А мою ты уже называешь нашей общей трёхкомнатной квартирой.
— После свадьбы мы станем мужем и женой.
— Прекрасно. Тогда вместе с трёшкой у нашей семьи будет и однокомнатная квартира.
— Нет.
— Почему же?
— Потому что однокомнатная моя.
Именно в этот момент разговор наконец дошёл до сути, которая интересовала Викторию сильнее всех споров о мебели.
Она даже перестала сердиться.
Теперь ей стало почти любопытно.
— Давай уточним. После свадьбы твоя собственность продолжает быть только твоей, а моя автоматически превращается в общую?
Леонид устало вздохнул.
— Вика, ты намеренно всё искажаешь.
— Я лишь повторяю твою мысль другими словами.
— Мы планируем жить здесь.
— Это не объяснение.
— Потому что в этой квартире удобнее.
— И это тоже ничего не объясняет.
Леонид замолчал.
Виктория терпеливо ждала продолжения.
Наконец он произнёс:
— У мужчины всё равно должен быть резервный вариант.
— На случай какого события?
— Неважно. Просто должен быть.
— А женщине резерв не полагается?
— Ну вот, опять ты за своё.
— Да, снова я. Мне действительно интересно, какой запасной вариант предусмотрен для будущей жены.
Леонид раздражённо усмехнулся.
— У тебя и так останется квартира.
— Какая именно?
Он обвёл рукой помещение вокруг них.
— Вот эта.
— Но несколько минут назад ты утверждал, что после свадьбы она станет общей.
Леонид поднял глаза к потолку.
— Господи, с тобой совершенно невозможно разговаривать.
— А мне разговор кажется вполне понятным.
— Ты цепляешься к каждому слову.
— Я пытаюсь выяснить правила до свадьбы. По-моему, лучшего времени для этого не найти.
В тот день они разошлись без громкой ссоры.
Леонид уехал к себе.
Три коробки со столом остались лежать в комнате.
Виктория попросила мастеров ничего не распаковывать и тем более не собирать.
Вечером она вернулась в однокомнатную квартиру жениха.
Формально они по-прежнему жили вместе именно там.
Леонид сидел перед телевизором.
Виктория разогрела ужин только для себя, спокойно поела и сразу вымыла тарелку.
Разговор начал он:
— Уже успокоилась?
— Я и не выходила из себя.
— Сегодня ты явно перегнула палку.
Виктория села в кресло напротив него.
— В какой момент?
— Ты превратила самый обычный бытовой вопрос в настоящую трагедию.
— Стол, который без разрешения поставили в моей комнате, — это бытовая мелочь?
— Именно так.
— Только решение об этой мелочи ты принял единолично.
Леонид резко выключил телевизор.
— Через полтора месяца у нас свадьба. Может, хватит уже делить всё на твоё и моё?
— Действительно хороший вопрос.
Он сразу догадался, к чему она ведёт.
— Только не начинай снова обсуждать мою квартиру.
— Почему? Разговор именно об этом.
— Она маленькая и совершенно тебе не нужна. Почему ты так к ней привязалась?
— Потому что ты собираешься полностью сохранить своё жильё за собой, но комнаты в моей квартире уже распределил без меня.
— Я у тебя ничего не отнимаю.
— Сегодня ты доставил в мою квартиру стол, который я не выбирала. После этого сообщил, что помещение, подготовленное мною для работы, отныне будет твоим кабинетом.
— Я предложил наиболее удобный для нас вариант.
— Для тебя.
— Для нас обоих.
— Только работать на кухне придётся мне.
— Ты можешь открыть ноутбук где захочешь!
— Именно. В любом месте, кроме комнаты, которую я целый год обустраивала как кабинет.
Леонид некоторое время молчал.
Затем произнёс:
— В бытовых вопросах тебе стоило бы быть немного проще.
Виктория ничего не ответила.
Почему-то эта короткая фраза задела её сильнее, чем весь спор о комнатах и недвижимости.
Слово «проще» приобрело очень странный смысл.