Родителей Мария потеряла в девять лет на трассе между Екатеринбургом и Тюменью. На огромной скорости в их машину влетел грузовик. Отец не успел ничего предпринять, а мать, сидевшая рядом, приняла на себя основной удар. С того дня жизнь девочки словно раскололась на две совершенно разные части. В первой навсегда остались тёплые воспоминания: мамины руки с ароматом ванили и папин смех по воскресеньям, когда он подбрасывал дочь почти до потолка. Второй частью стал детский дом в Каменске-Уральском — ледяные коридоры, одинаковые кровати в ряд и постоянно сменяющиеся воспитатели, которые зачастую даже не старались запоминать детские имена.
Колледж Мария окончила по специальности «экономика». Не потому, что мечтала работать в этой сфере, а потому, что обучение было бесплатным и студентам предоставляли общежитие. Но диплом мало что изменил. Без знакомств и денег устроиться по профессии оказалось почти невозможно. В анкетах неизменно фигурировала информация о сиротстве, после чего потенциальные работодатели вежливо прощались и больше не звонили. В конце концов девушка перебралась в Екатеринбург и устроилась консультантом в магазин одежды. Работа была относительно простой, зарплата — скромной, зато здесь Мария могла ежедневно видеть красивые вещи и верить, что однажды судьба всё-таки улыбнётся ей.
Артём Белов впервые появился в бутике чуть больше двух лет назад. Он искал подарок для матери и долго не мог определиться между несколькими шарфами. Высокий, уверенный мужчина, по движениям и манерам которого сразу становилось понятно: к деньгам он привык. Мария помогла с выбором, даже не пытаясь навязать наиболее дорогую вещь, хотя дополнительная премия ей совсем не помешала бы.
Артём заинтересованно посмотрел на девушку.
— Вы всегда настолько спокойно разговариваете с покупателями? Обычно люди либо заискивают, либо смотрят свысока. А вы не делаете ни того, ни другого.
Через некоторое время он вернулся, якобы разыскивая шарф, которого вообще не существовало. Потом заглянул снова — уже просто поговорить. А спустя месяц пригласил Марию в ресторан, название которого она прежде даже не слышала, хотя заведение находилось всего в нескольких минутах ходьбы от её работы.
Сидя за столиком, девушка растерянно изучала меню без указанных цен и всё ещё не могла поверить, что происходящее реально.
— У тебя действительно никого нет? — спросил Артём, накрыв её ладонь своей. — Совсем никого из близких? Знаешь, это ведь можно исправить.
Через полгода они поженились. Свадьба получилась скромной, почти без гостей, в обычном загсе на окраине города. Артём объяснил, что его мать терпеть не может показные торжества. Мария не возражала, хотя в глубине души когда-то представляла себя в роскошном белом платье.
Но теперь это казалось неважным.
У неё наконец появилась семья.
Появился дом.
И пусть свекровь, Валентина Сергеевна, смотрела на невестку с плохо скрываемым высокомерием. Пусть в огромном особняке Мария постоянно ощущала себя посторонней и порой боялась лишний раз пройти по коридору. Она убеждала себя, что любовь и принятие можно заслужить терпением.
Два года Мария старалась быть идеальной женой и невесткой. Готовила сложные блюда, которые Валентина Сергеевна едва пробовала. Покупала дорогие подарки, бесследно исчезавшие где-то в гардеробной. Продолжала улыбаться даже тогда, когда свекровь представляла её гостям словами:
— А это наша Золушка.
А затем Валентина Сергеевна якобы серьёзно заболела.
Диагноз звучал пугающе — хроническая почечная недостаточность. Требовался постоянный диализ. Врачи говорили, что ждать донорский орган можно годами, а времени у пациентки остаётся всё меньше.
Самый тяжёлый разговор состоялся прямо в больничном коридоре.
Артём неожиданно опустился перед женой на колени.
— Только ты можешь спасти маму, — его голос заметно дрожал. — Полгода назад я узнал, что у вас практически идеальная совместимость. Представляешь? Такой шанс выпадает один на тысячу.
У Марии зашумело в голове.
— А ты? — хрипло спросила она. — Ты же её родной сын.
Муж протянул медицинское заключение.
Несовместимость.
— Если бы я мог, отдал бы ей всё, — прошептал Артём.
И Мария поверила.
Возможно, потому что всю жизнь отчаянно хотела верить людям.
Три дня муж убеждал её согласиться. Практически не давал времени спокойно подумать. Говорил о семье, любви и благодарности. Обещал, что после операции всё изменится.
— Мы улетим на Мальдивы, — шептал он ночью. — Ты заслуживаешь лучшего. После этого мама наконец поймёт, какая ты замечательная.
Мария представляла, как впервые увидит в глазах свекрови искреннюю благодарность.
И согласилась.
Накануне операции в кабинете заведующего перед ней положили целую стопку документов. Мария подписывала бумаги почти не читая. Артём сидел рядом и показывал, где ставить подписи, называя всё обычными формальностями.
В одном из документов упоминалась возможность использования органа для другого реципиента при возникновении форс-мажорных обстоятельств.