Я достала телефон и открыла тот самый файл.
— Последние два года Сергей регулярно обещает вам мою помощь, ни разу не спросив моего разрешения. Я записывала каждый подобный случай. Сейчас покажу вам этот список.
Повернула экран к присутствующим и начала зачитывать.
— Пятнадцатое марта прошлого года. Сергей договорился с Оксаной, что я отвезу её на дачу на своей машине. Мне сообщили об этом лишь за сутки до поездки.
Оксана растерянно захлопала глазами. Разговоры за столом постепенно стихли.
— Двадцатое мая. Сергей пообещал Нине двадцать тысяч рублей на ремонт из моих денег. Я узнала об этом только тогда, когда Нина позвонила мне со словами благодарности.
Лицо свекрови заметно побледнело.
— Десятое июня. Сергей договорился с Денисом, что я проведу выходные с его детьми. Меня поставили в известность только вечером в пятницу.
Денис отвёл глаза.
Я прокрутила список дальше.
— За два года накопилось тридцать подобных случаев. Двенадцать раз муж распоряжался моей машиной, восемь раз — моими деньгами, всего на сто двадцать тысяч рублей. Девять раз он обещал моё свободное время, то есть мои выходные.
Сергей резко поднялся из-за стола.
— Маша, немедленно прекрати! Что ты устраиваешь?!
Я спокойно встретила его взгляд.
— Я хочу, чтобы все наконец поняли одну простую вещь: я не банкомат и не бесплатная служба помощи. Сергей не имеет права распоряжаться мной без моего согласия.
Нина тоже встала.
— Машенька, Серёжа ведь всего лишь старался помочь близким. Он же не хотел ничего плохого.
Я согласно кивнула.
— Возможно, намерения у него были хорошие. Только помогал он за мой счёт. Машина моя, деньги мои, время тоже моё. А он раздавал всё это, даже не интересуясь моими планами.
Оксана возмущённо перебила:
— Маш, мы ведь родственники! Неужели теперь близким людям нельзя помогать?
Я погасила экран телефона.
— Конечно, можно. Но сначала нужно спросить самого человека. А не объявлять ему: «Сергей уже всё обещал, теперь неудобно отказываться».
Денис неодобрительно покачал головой.
— Маша, ты что, действительно подсчитываешь каждую оказанную услугу? Как-то мелочно получается.
Я повернулась к нему.
— Мелочно? Сто двадцать тысяч рублей и двадцать потерянных выходных — по-твоему, пустяк?
Он не нашёлся с ответом.
Нина тяжело опустилась на стул и промокнула глаза носовым платком.
— Машенька, я понятия не имела, что Серёжа договаривается с нами без твоего ведома. Мне казалось, ты сама с удовольствием всем помогаешь.
Я кивнула.
— Теперь вы знаете правду. Все эти два года Сергей распоряжался моими возможностями, а выглядело так, будто это он проявляет невероятную щедрость.
Муж сел рядом со мной, крепко сжав кулаки.
— Маша, зачем тебе понадобилось позорить меня перед всей семьёй?
Я повернула к нему голову.
— Два года ты давал обещания за меня. Я молчала, выполняла их и всё записывала. А сегодня ты решил подарить маме тридцать тысяч. Только деньги эти мои, а не твои.
Сергей густо покраснел.
— Я просто хотел сделать маме приятное.
Я поднялась и взяла сумочку.
— Тогда делай приятное за собственный счёт. А моими деньгами, машиной и свободным временем больше не распоряжайся.
За столом воцарилась тишина. Гости переглядывались, не зная, что сказать. Нина плакала, Оксана пыталась её успокоить. Денис демонстративно уставился в телефон.
Я вышла из кафе и села за руль. Пальцы слегка дрожали, зато на душе неожиданно стало легко. Два долгих года я ждала возможности наконец всё высказать.
Минут через десять появился Сергей. Он сел рядом, с силой захлопнув пассажирскую дверь.
— Маша, ты испортила маме день рождения.
Я включила двигатель.
— Сергей, ты два года распоряжался моей жизнью. А я испортила всего один праздничный вечер.
Всю дорогу домой муж молча смотрел в окно. Когда мы приехали, он опустился на диван и закрыл лицо ладонями.
— И что теперь делать? Мама рыдает, Оксана обиделась, Денис вообще ничего не понимает.
Я сняла куртку и повесила её в шкаф.
— Теперь вам всем придётся привыкать спрашивать моего согласия. Если собираешься пообещать кому-то мою помощь, сначала обсуди это со мной.
Он поднял голову.
— А если ты скажешь нет?
Я пожала плечами.
— Значит, ничего не обещай. Либо помогай самостоятельно и трать собственные деньги.
Сергей некоторое время молчал, а затем негромко спросил:
— Ты сможешь меня простить?
Я устроилась в кресле напротив него.
— Время покажет. Если перестанешь принимать решения за меня, возможно, однажды смогу.
Следующие три дня Нина постоянно звонила. Плакала, просила не сердиться на Серёжу, повторяла, что он никого не собирался обижать. Я терпеливо выслушивала и отвечала одной фразой: «Пусть сначала научится спрашивать».
Оксана прислала огромное сообщение. Обвинила меня в бессердечии, эгоизме и попытке разрушить семейные отношения. Отвечать я не стала.
Денис позвонил брату и заявил: «У твоей жены явно что-то не так с головой. Нормальные люди помогают родственникам, а не ведут подсчёты».
