Мое решение развестись с мужем дети приняли в штыки

— Ни дочь, ни сын меня не поняли, оба осудили мое решение развестись с их отцом, — рассказывает Ирина Михайловна. – Надоело все, сил нет! Хочется уже и для себя пожить хоть немного. И я уже не передумаю!

— Вы ж почти всю жизнь вместе прожили, — говорят наши общие знакомые. – Может отойдешь еще и передумаешь? Все ведь ссорятся, и все потом мирятся.

— Может и почти всю жизнь прожили, но не всю же, — возражает Ирина Михайловна. – Мне же пятьдесят шесть всего, я работаю еще. Но не могу я больше терпеть! И не хочу.

Ирина с мужем прожили вместе больше тридцати лет. С Александром у них двое детей, сыну тридцать, и дочери двадцать семь. Дочь вышла замуж несколько лет назад, а в прошлом году женился и сын. Оба теперь живут отдельно. И сын, и дочь взяли себе квартиры по ипотекам. А в семье родителей начались размолвки.

— У Саши всегда был сложный характер, — делится Ирина Михайловна. – Угрюмый всегда, сам себе на уме. Сам себе там что-то надумает, и ходит злится целыми неделями. А я гадаю что опять не так.

Пока дети жили в родительском доме, Ирина Михайловна старалась как-то мириться с вечным недовольством супруга, с его холодностью, привычками. А когда дети выпорхнули из родительского гнезда, супруги стали видеться только по вечерам. А в выходные Александр чаще всего был у друзей или на даче у брата.

— Я никогда не любила ездить на эту дачу, если честно, — говорит Ирина. – Меня, городского человека, туда не тянет совсем. Супруг вначале был этим очень недоволен, и мы ругались, но потом свыклись. Пусть у каждого будет свое личное пространство. Я не заставляла мужа полюбить то, что нравится мне, а он отстал от меня со своими рыбалками, дачами и остальным. А в последние годы мы уже жили, как абсолютно чужие люди. И вот недавно Александр вышел на пенсию, стал больше времени находиться дома.

— Только привычки совсем не изменились, — вздыхает Ирина Михайловна. – Сам ничего не может. Приготовить, посуду за собой помыть, даже вещи не может сам в стиралку забросить. Он привык за долгие годы, что это обязана делать его супруга.

— Ты же днями теперь свободен. Неужели так трудно самому хоть что-то сделать? – поинтересовалась у него Ирина Михайловна.

— А что с того, что я свободен? – оборвал ее муж. – Что из-за этого изменилось лично для тебя? Раньше делала всю жизнь, а теперь на принципы пошла? Насолить мне хочешь?

— Вот и весь разговор, — вздыхает Ирина Михайловна. – Я уже тогда задумалась о разводе. На все равно уже ничего не связывает.

А потом супруг серьезно заболел. Ирина забыла о разводе и стала выхаживать мужа. Заботилась, недосыпала. Когда Александр поправился, то стал как-то мягче.

— Подобрел, — усмехается Ирина Михайловна. – Зависел ведь от меня. Да и делать теперь ничего не нужно было – болен же.

Но тут заболела уже сама Ирина Михайловна. Александр полностью встал на ноги, а она слегла.

— Ну и как обычно, — говорит Ирина приятельнице, — всем некогда. Удочери ребенок, а у сына работа. Муж на даче у брата своего сидел. Единственное, чего дождалась от него, так это: «Выпей таблеточек и тебе полегчает».

А когда вернулся домой, то первым делом побежал к холодильнику, вместо хоть какого-то интереса к моему здоровью.

— Пожрать в доме нечего! Все лежишь? – выругался Александр. – Макарон каких отварить и колбасу поджарить – это же не так трудно!

— Ну раз нетрудно, то и приготовь сам. – Сказала спокойным голосом Ирина Михайловна. – А обо мне теперь можешь просто забыть. Мы посторонние люди друг для друга. Я при смерти буду, а ты носки чистые будешь требовать. Я подаю на развод, Саша.

Супруг, видимо, нажаловался про развод детям. Первый звонок поступил от дочери.

— Что это за новости вообще такие, мама?! Ты совсем уже там что ли? Какой развод, ты что! А как же отец? Как он один будет? А с квартирой что?

— Оказывается, мою дочку больше всего волновала квартира, а не мать. И как отец будет один справляться, — сокрушается Ирина Михайловна. – А что говорить про квартиру? Она моя. Мне она по наследству досталась. А как там их отец жить будет – это его личное дело. Вон у брата его дача есть, пусть туда переезжает.

— Он же вкалывал всю жизнь на нашу семью! – говорит сын. – Поэтому у него нет ничего. Это ненормально – вышвыривать человека, как собаку из дома.

— Значит я не имею права на свое мнение и не могу решать, как мне жить? Так, сынок? – спросила Ирина Михайловна у сына. – Прости, мой родной, но это мое личное дело и моя жизнь, и решать я буду сама как поступить и как мне дальше жить. И это не обсуждается.

Александр пока еще живет у Ирины. Документы на развод поданы. Дети полностью приняли сторону отца.

А что вы обо всем этом думаете?

Мое решение развестись с мужем дети приняли в штыки
Отдохнули все, только не я, сидящая за машинкой