— Чего? — Даниил растерялся. — Ксюша, перестань. Ну поломалась и хватит. Я всё-таки муж твой. Ну, бывший временно. Мы еще всё исправим.
— Я сказала: уходи.
Улыбка исчезла с его лица.
— Ты чего строишь из себя непонятно кого? Квартиру получила — всё, королева теперь?
— Даня, — Ксения посмотрела ему прямо в глаза. — В той гостинице ты прекрасно объяснил мне, кто я для тебя. Ты назвал меня расточительной, бесполезной и балластом. Твоя мать оскорбила моих родителей. Твой дядя смеялся над моей семьей. А ты сидел и соглашался.
— Ну и что теперь, всю жизнь это вспоминать? — раздраженно бросил он. — Я извинился вообще-то.
— Нет. Ты не извинился. Ты узнал про квартиру.
Екатерина Сергеевна моментально вмешалась:
— Ксюша, не надо устраивать драму. Все семьи ругаются. Даня молодой, вспыльчивый. Зато теперь есть жилье, можно начать всё заново. Мы тебе даже поможем обустроиться.
Ксения усмехнулась.
— Мне?
— Ну нам всем, — поправилась свекровь. — Мы же родственники.
— Уже нет.
Даниил нахмурился.
— Ксюша, заканчивай спектакль. Давай нормально поговорим внутри.
Он снова сделал шаг вперед.
Ксения закрыла ему дорогу.
— Ты в мою квартиру не войдешь.
— В твою? — его лицо изменилось. — А ничего, что мы женаты были? Это вообще-то совместное имущество.
— Нет, Даня. Не совместное. Квартира подарена мне родителями и принадлежит только мне.
На лестничной площадке повисла тишина.
Даниил моргнул.
Екатерина Сергеевна перестала улыбаться.
— Как это только тебе? — резко спросила она.
— Именно так.
— Так нечестно, — выпалил Даниил. — Если бы мы тогда знали…
Ксения рассмеялась.
— Вот именно. Если бы вы знали. Тогда, наверное, я внезапно перестала бы быть балластом?
— Ксюша…
— Всё. Разговор закончен.
Она взялась за дверь.
Даниил машинально подался вперед.
— Да подожди ты! Мы приехали мириться!
— Вы приехали делить мою квартиру.
— Что за бред?
— Ты за первые две минуты уже решил, где будет твоя стримерская и куда поселишь маму.
Пашка неловко отвернулся.
Екатерина Сергеевна поджала губы.
— И что такого? Семья должна помогать друг другу.
— Тогда помогайте друг другу без меня.
Ксения начала закрывать дверь.
— Ксюша! — Даниил наконец сорвался. — Ты совсем с ума сошла? Я к тебе с цветами приехал!
Она посмотрела на пионы.
— Забери их.
— Ты же сама их хотела!
— Хотела в день свадьбы. До того, как узнала настоящую цену твоих слов.
— Да хватит уже изображать жертву! — вспылил Даниил. — Подумаешь, поругались!
Ксения почувствовала, как остатки сомнений исчезают.
— Для тебя это была просто ссора. Для меня — момент, когда я увидела, с кем собиралась прожить жизнь.
Она закрыла дверь почти до конца.
— И больше сюда не приходите.
— Ты пожалеешь! — выкрикнула Екатерина Сергеевна из коридора. — Думаешь, квартира сделала тебя великой?
Ксения снова приоткрыла дверь.
— Нет. Квартира здесь вообще ни при чем. Я просто поняла, что могу жить без людей, которые оценивают любовь по толщине конверта.
После этого дверь закрылась окончательно.
Несколько минут снаружи еще слышались голоса.
Даниил пытался что-то объяснять матери.
Екатерина Сергеевна возмущалась.
Пашка уговаривал всех наконец уйти.
Потом шаги начали удаляться по лестнице.
И стало тихо.
Ксения прислонилась спиной к двери и медленно выдохнула.
Руки слегка дрожали, сердце билось быстро, но внутри было удивительно легко.
Никого не пришлось убеждать.
Ничего не пришлось доказывать.
Она просто не пустила прошлое обратно в свою жизнь.
Ксения подошла к окну.
На лоджии ее ждала недоделанная композиция: камень, деревянная основа и несколько оттенков зеленого мха.
Она посмотрела на работу и улыбнулась.
— Ну вот, — тихо сказала она самой себе. — Теперь действительно можно заняться мхом.
Через несколько месяцев ее маленькая мастерская превратилась в настоящий бизнес.
Ксения получила крупный заказ на оформление нового ресторана, потом еще один — на озеленение офиса большой компании. Ее работы начали публиковать в интерьерных блогах, а клиенты записывались заранее.
Однажды ей позвонила тетя Лена.
— Ксюша, ты только не злись, но я сегодня Екатерину Сергеевну встретила.
— И?
— Спрашивала, правда ли, что ты собираешься расширять мастерскую.
Ксения рассмеялась.
— Конечно спрашивала.
— Еще сказала, что Даня вроде снова живет с ней.
— Пусть живет.
— Тебе совсем не интересно?
Ксения посмотрела на просторную светлую комнату, где еще недавно планировали устроить чужую «стримерскую».
Теперь здесь стояли рабочие столы, растения, коробки с материалами и фотографии завершенных проектов.
— Нет, теть Лен. Совсем.
Вечером к ней приехали родители.
Отец привез полки для мастерской, мама — домашний пирог.
Они сидели на кухне, смеялись, вспоминали семейные истории.
Никаких разговоров о стоимости подарков.
Никаких подсчетов.
Никаких претензий.
И в какой-то момент Ксения поняла простую вещь.
В ту свадебную ночь она действительно потеряла многое.
Мужа.
Иллюзии.
Планы на совместное будущее.
Но вместе с этим она обрела намного больше.
Она узнала настоящую цену своей семье.
Поняла цену собственного достоинства.
И наконец научилась закрывать дверь перед теми, кто появляется рядом только тогда, когда узнает, что у тебя есть что взять.
Даниил потерял жену не из-за кредита и не из-за восьмидесяти тысяч в свадебных конвертах.
Он потерял ее в тот момент, когда решил измерить любовь деньгами.
А Ксения именно тогда впервые по-настоящему выбрала себя.