По сообщениям, сама Наталья в этот период находилась во Вьетнаме. Её отец Владимир Фриске в комментариях по поводу произошедшего говорил, что подобные аварии случаются и что причиной стал внезапный прорыв трубы.
Пострадавшие соседи, в свою очередь, заявляли о значительном ущербе. По их словам, им предлагали самостоятельно заниматься ремонтом, собирать документы и чеки, после чего уже обсуждать возможную компенсацию. В результате люди обратились к независимым специалистам для оценки ущерба и решили защищать свои интересы юридическим путём.
И здесь возникает вполне естественный вопрос: разве в такой ситуации нельзя было хотя бы лично приехать и поговорить с пострадавшими? Даже если авария произошла неожиданно и никто намеренно её не устраивал, человеческое участие и нормальное общение могли бы значительно изменить отношение соседей.
На этом фоне публикации Натальи о памяти сестры и семейных ценностях некоторые пользователи воспринимают уже иначе. Особенно когда рядом оказываются рассказы о дорогих вещах, путешествиях и личной жизни.
История с собакой и колодцем
Отдельного внимания заслуживает случай с собакой. По сообщениям, питомца оставили у родителей в начале сентября, рассчитывая позже забрать его. Однако этого не произошло, и животное оказалось в колодце.
Разумеется, несчастные случаи с домашними животными могут произойти даже при внимательном уходе. Делать из одного эпизода окончательные выводы о человеке было бы несправедливо. Но на фоне остальных историй некоторые соседи и пользователи воспринимают произошедшее как ещё один повод для критики.
Когда одновременно обсуждаются проблемы с недвижимостью, авария в квартире, вещи Жанны и другие семейные истории, каждая новая неприятность неизбежно вызывает дополнительные вопросы.
Что рассказывают соседи
Я несколько раз перечитал комментарии людей, которые утверждают, что хорошо знают эту семью. И больше всего бросается в глаза одно: их отношение к разным членам семьи заметно отличается.
О Дмитрии Шепелеве они тоже могут говорить критически. Встречаются замечания о его характере и заработке. Но при этом многие добавляют, что не считают правильным без конца обвинять его во всех семейных конфликтах.
А вот в адрес Натальи звучит гораздо больше претензий. В комментариях её называют меркантильной, обвиняют в стремлении использовать семейную историю для популярности и резко оценивают публичные рассказы о вещах Жанны.
Это не мои характеристики, а слова людей, которые оставляют подобные комментарии. По их мнению, одежду и другие вещи Жанны можно было бы передать тем, кому они действительно нужны, либо просто хранить как семейную память, не превращая всё это в регулярный публичный контент.
Отдельно они обсуждают и квартиру. Некоторые считают, что она должна была достаться Платону, однако в итоге недвижимость оказалась оформлена на Луну. Поэтому у пользователей возникает ощущение, что со временем «донашиваться» начинают уже не только вещи, но и то, что когда-то принадлежало старшему поколению семьи.
«Наташа делает что угодно, а мы всё это читаем»
Пожалуй, именно такая мысль лучше всего отражает усталость части аудитории. Люди утомились от бесконечного потока публикаций о Наталье, её семье, гардеробе, домашних проблемах, недвижимости и различных бытовых историях.
Особенно многих раздражает то, что личные обстоятельства постепенно превращаются в публичный контент. Семейные конфликты обсуждаются с подписчиками, воспоминания о Жанне сопровождаются демонстрацией её вещей, а неприятные происшествия становятся частью общего информационного потока.
И самое печальное заключается в том, что в этой ситуации сложно назвать кого-то настоящим победителем. Платон не получил эту квартиру. Пострадавшие соседи продолжают добиваться решения вопроса с ущербом. Жанна уже не может рассказать свою версию событий. А Наталья продолжает активно вести социальные сети и объяснять свою позицию тем, кто её критикует.
Чем больше она пытается доказать, что окружающие её неправильно понимают, тем больше возникает новых вопросов. Возможно, дело действительно вовсе не в зависти к одежде или недвижимости. Возможно, людей раздражает сам способ, которым семейная история постоянно оказывается на виду.
Что можно сказать в итоге?
Имеет ли Наталья право носить вещи своей сестры? С юридической точки зрения — если вещи принадлежат ей, конечно. А вот моральную сторону этого вопроса каждый человек оценивает самостоятельно. Ведь существуют вещи, которые невозможно определить только законами или документами. Они связаны с уважением, личными границами и отношением к памяти близкого человека.
Можно хранить одежду. Можно оставить себе украшения. Можно владеть недвижимостью. Но невозможно просто получить по наследству чужую славу и полностью повторить чужую жизнь.
У Жанны был собственный путь, собственная популярность и своя история. У Натальи — совершенно другая жизнь. И никакой гардероб сестры не способен заменить человеку собственные достижения.
А соседи просто рассказывают о том, что видят вокруг себя. Их мнение может быть субъективным, а некоторые заявления требуют отдельной проверки, поэтому воспринимать каждое слово как установленный факт не стоит.
Но одно очевидно: история семьи Фриске продолжает вызывать сильный общественный интерес, а любые новые публикации Натальи неизбежно становятся поводом для обсуждений, споров и самых разных оценок.