Анна неподвижно застыла посреди кухни, продолжая держать чашку с кофе. Ей показалось, будто кто-то внезапно окатил её ледяной водой. Произнесённые мужем слова словно повисли в воздухе, окончательно разрушив спокойствие осеннего утра.
— Новую квартиру я запишу на мать, и обсуждать здесь нечего! Ещё не хватало потом делить недвижимость с тобой по судам, — категорично объявил Сергей, даже не оторвав взгляда от газеты.
Анна осторожно опустила чашку на стол, стараясь, чтобы фарфор не звякнул о поверхность. Пальцы предательски дрожали.
— Серёжа, но ведь мы совсем о другом договаривались…
— Ни о чём мы не договаривались! — резко перебил супруг. — Деньги зарабатываю я, поэтому и решать, на кого оформлять жильё, буду исключительно я.
Анна медленно опустилась на стул напротив него. За окном моросил холодный октябрьский дождь. Мелкие капли стекали по стеклу, оставляя дорожки, напоминающие слёзы.
Сама она пока не плакала.
Слёзы наверняка появятся позже, когда Сергей отправится на работу, а она останется одна со своими мыслями.
— А где тогда будем жить мы? — едва слышно спросила Анна.
— Вместе с мамой. Квартира просторная, всем хватит места. К тому же она давно собиралась переехать из деревни в город.
Светлана Петровна.
Одно упоминание свекрови заставило Анну внутренне содрогнуться.
За восемь лет их брака эта женщина так и не научилась обращаться к невестке по имени. Чаще всего называла её просто «эта» или говорила сыну «твоя жена».
Каждый визит Светланы Петровны превращался в настоящее испытание. Почему до сих пор нет детей? Почему зарплата такая маленькая? Почему хозяйство ведётся неправильно? И вообще, зачем Сергей связал жизнь именно с этой женщиной?
— Но, Серёжа, мы ведь собирались создать настоящую семью…
— Собирались, собирались! — передразнил он и наконец поднял глаза.
В его взгляде Анна увидела непривычную холодность.
— Уже три года только и делаем, что собираемся. А результат где?
У Анны болезненно сжалось сердце.
Они действительно три года мечтали о ребёнке.
Посещали врачей, проходили обследования, сдавали анализы. Специалисты уверяли, что серьёзных проблем со здоровьем нет ни у одного из супругов.
— Возможно, причина в постоянном напряжении, — объясняли медики. — Постарайтесь меньше нервничать и больше отдыхать.
Но как можно перестать нервничать, если свекровь при каждой встрече тяжело вздыхает и намекает, что невестка якобы не способна подарить её сыну наследника?
— Я думала, ты понимаешь, насколько мне тяжело…
— Всё я понимаю. Только мама правильно говорит: пока детей нет, незачем записывать квартиру на двоих. Откуда мне знать, вдруг завтра ты решишь развестись?
— А если развестись захочешь ты? — не выдержала Анна.
Сергей равнодушно пожал плечами и снова развернул газету.
Этот жест сказал гораздо больше, чем любые объяснения.
Анна поднялась и подошла к окну.
По мокрому тротуару спешила молодая женщина с детской коляской. Она осторожно переходила дорогу, придерживая малыша.
Анна смотрела на неё, чувствуя знакомую тоску.
Стать матерью она мечтала с юности.
Представляла, как будет прижимать к груди новорождённого, тихонько петь ему колыбельные, наблюдать за первыми шагами. Воображала, как Сергей с гордостью показывает друзьям и коллегам фотографии их ребёнка.
— Знаешь, — неожиданно произнесла она, не поворачиваясь к мужу, — возможно, твоя мама действительно права.
— В каком смысле?
— Может быть, мне и правда лучше развестись сейчас. Пока у нас ещё нет детей.
За спиной воцарилось молчание.
Анна различала только шуршание газетных страниц и мерное тиканье настенных часов.
Тех самых часов, которые Светлана Петровна подарила им на новоселье.
— Поступай как знаешь, — наконец ответил Сергей. — Моё решение не изменится. Квартира будет оформлена на маму.
Анна закрыла глаза.
Восемь лет.
Целых восемь лет она старалась построить счастливую семью.
Выбирала обои, подбирала мебель, покупала посуду, заботилась о домашнем уюте.
Гладила мужу рубашки, готовила его любимый борщ, старалась не обращать внимания на обидные слова свекрови.
И вдруг выяснилось, что все эти годы её воспринимали как временного человека.
А в новой квартире, которую Сергей уже выбрал вместе с матерью, Анне отводилась роль бесправной гостьи.
— А если мне всё-таки удастся забеременеть? — спросила она, продолжая смотреть на дождь.
— Тогда и будем решать.
«Будем решать».
Как будто они обсуждали приобретение бытовой техники, а не появление на свет собственного ребёнка.
Анна медленно обернулась.
Сергей сидел за столом, уверенный в своей правоте, спокойный и невозмутимый.
Когда-то именно эта уверенность привлекла её больше всего.
Он казался надёжным человеком, за которым можно чувствовать себя как за каменной стеной.
Теперь Анна поняла, что каменная стена способна не только защищать, но и оставаться совершенно холодной.
— Сергей, — негромко позвала она.
— Что ещё?
— Ты помнишь нашу первую встречу?