— Ну сколько можно ждать? Мы же всюду опоздаем! — словно снова раздался из прихожей знакомый до боли низкий голос.
— Саша, ещё одну минутку! Мне только брошь приколоть! — ответила она, аккуратно расправляя перед зеркалом воротник нарядной блузки.
На мгновение ей показалось, что её Саша опять стоит возле двери, чуть театрально прислонившись к косяку. В памяти он навсегда остался именно таким: основательным, громким, немного ворчливым, но бесконечно родным и близким. Светлана Владимировна невольно улыбнулась собственному отражению.
Да, любимого Александра Лазарева уже много лет нет рядом. Но Светлана Немоляева, которой исполнилось восемьдесят девять лет, до сих пор выходит на сцену и встречается со зрителями. И каждое её новое появление публика воспринимает почти как маленькое чудо.
Корни таланта: Плющиха и «Мосфильм»
История будущей звезды началась задолго до сегодняшних споров и скандалов. Восемнадцатого апреля тысяча девятьсот тридцать седьмого года в Москве, в доме на Плющихе, в семье режиссёра Владимира Немоляева и звукооператора Валентины Ладыгиной родилась дочь.
Светлана росла в доме, где искусство было не просто профессией взрослых, а естественной частью повседневной жизни. Её родители почти всё время проводили на «Мосфильме», а маленькая Света с раннего детства словно существовала за кулисами огромной фабрики кинематографических иллюзий.
— Сначала нас увезли в горы… Мне тогда было всего три или четыре года… Но я удивительно хорошо всё запомнила, — вспоминала Немоляева об эвакуации в Алма-Ату во время войны.
Отец отправился на фронт, а Светлана вместе с матерью оказалась в тяжёлых бытовых условиях. Им пришлось жить в одной тесной комнате с казахской семьёй. После возвращения в Москву девочка буквально начала впитывать театральную и кинематографическую атмосферу, будто никакого другого пути для неё с самого начала не существовало.
Её дядя Константин Немоляев был актёром. Брат Николай впоследствии стал кинооператором, а Всеволод выбрал профессию балетмейстера Большого театра. В доме постоянно звучала музыка, велись горячие разговоры о спектаклях, спорили о ролях и режиссёрских решениях, а из соседней комнаты тянулся характерный запах фотолабораторных реактивов.
Детские годы Светланы пришлись на тяжёлое послевоенное время — бедное, тревожное и суровое. Но именно тогда в ней начал закаляться тот самый характер, который позднее помог пережить множество испытаний. Пока окружающий мир выглядел тусклым и серым, девочка отчаянно тянулась к ярким краскам. Она рисовала необычные костюмы, придумывала роскошные платья и устраивала на бумаге настоящий праздник цвета.
Её брат Николай иногда удивлённо спрашивал:
— Откуда в тебе столько света?
А Светлана просто хотела сделать жизнь красивее. Однако сильнее всего её по-прежнему притягивала сцена. Она могла часами стоять перед зеркалом, изображая разных героинь и произнося драматические монологи, в то время как отец сидел рядом и заботливо точил для неё цветные карандаши.
Щепкинское училище и Театр Маяковского
После окончания школы дальнейшая судьба девушки казалась почти определённой. Светлана поступила в знаменитое Щепкинское театральное училище. Во время вступительного экзамена профессор Леонид Волков долго и внимательно рассматривал абитуриентку, а затем строго произнёс:
— Ты смешная и очень забавная. Но играть тебе, скорее всего, придётся нервных и драматических женщин. Сумеешь?
Она не стала произносить громких слов и просто кивнула. И в дальнейшем доказала, что действительно способна справиться с самыми сложными ролями. В тысяча девятьсот пятьдесят восьмом году Немоляева с отличием окончила училище и была принята в Театр имени Маяковского. Уже её дебют оказался серьёзным испытанием — молодой актрисе доверили трагический образ Офелии в шекспировском «Гамлете».
Именно в стенах этого театра произошла встреча, навсегда изменившая её личную жизнь. Молодой, статный и необыкновенно талантливый Александр Лазарев сразу привлёк внимание Светланы. Взаимная симпатия между артистами появилась практически с первых дней знакомства.
— Два актёра больше пятидесяти лет прожили в одной семье и ни разу не устроили настоящей войны из-за профессии. Наверное, это очень редкий случай, — говорила Немоляева много лет спустя.
В марте тысяча девятьсот шестидесятого года Светлана и Александр поженились. Их свадьба была скромной, почти студенческой, без дорогого торжества и пышных нарядов. Зато чувства оказались подлинными и выдержали испытание временем. В тысяча девятьсот шестьдесят седьмом году в семье родился сын Александр Лазарев-младший, который впоследствии также выбрал актёрскую профессию и продолжил известную творческую династию.
Кино: от Ольги Лариной до Оли Рыжовой
Отношения Светланы Немоляевой с кинематографом долгое время складывались далеко не просто. Впервые она появилась на экране ещё ребёнком — в восемь лет сыграла в фильме «Близнецы». Затем последовала роль Ольги Лариной в экранизации «Евгения Онегина». Но после этого наступил продолжительный перерыв. Большое кино словно не замечало талантливую театральную актрису и не спешило предлагать ей яркие образы.
Эльдар Рязанов увидел Немоляеву на сцене и захотел пригласить её в картину «Ирония судьбы, или С лёгким паром!». Актриса прошла восемь кинопроб. Целых восемь попыток получить роль!
— Света, Бог свидетель, я очень хотел тебя утвердить. Но хуже сыграть, наверное, возможно, хотя представить это трудно, — признался режиссёр после последней пробы.
Немоляева не обиделась и только рассмеялась. На Рязанова было сложно долго сердиться: он мог говорить жёстко и прямо, но за его словами обычно не скрывалось настоящей злости.
Всенародная любовь пришла к Светлане Владимировне немного позже, когда Эльдар Рязанов уже без проб предложил ей сыграть Ольгу Рыжову в «Служебном романе». Неловкая, трогательная и отчаянно влюблённая женщина в скромной кофточке с нелепыми розочками мгновенно покорила миллионы зрителей. В этой героине было столько искренности, потому что сама актриса вложила в образ немало личных переживаний и душевного тепла.
Роль Оли Рыжовой стала одной из главных в творческой биографии Немоляевой, а фраза «Мы ведь только коллеги…» ушла в народ. Позднее были «Гараж», где она сыграла супругу Гуськова, сказочная «Ослиная шкура» с образом королевы Горжетты и новая встреча с Рязановым в фильме «Небеса обетованные».
И, конечно, театр, которому Светлана Владимировна всегда отдавала огромную часть своей жизни. Бланш Дюбуа в постановке «Трамвай „Желание“» оставалась в её репертуаре двадцать четыре года и стала одной из самых сложных, дорогих и значимых ролей актрисы.
Наши дни, травля и железный характер
А теперь, уважаемый читатель, стоит честно поговорить о том, что происходит вокруг актрисы сегодня. Почему имя легендарной Немоляевой вновь оказалось в центре всеобщего внимания, но на этот раз далеко не всегда в доброжелательном контексте? Где она находится сейчас и чем живёт?
Светлана Владимировна продолжает служить в родном Театре Маяковского, которому отдала большую часть своей творческой судьбы. Она по-прежнему появляется перед публикой в постановках «Как важно быть серьёзным» и «Плоды просвещения». В две тысячи двадцать пятом году Немоляева также сыграла мудрую черепаху Тортилу в новой версии фильма «Буратино».
Казалось бы, такое упорство может вызывать только уважение. Человек в столь почтенном возрасте продолжает работать, остаётся верным сцене, сохраняет интерес к профессии и радует зрителей. Однако ситуация оказалась значительно сложнее.
В ноябре две тысячи двадцать четвёртого года актрисе стало плохо прямо во время съёмочного процесса. У неё случился приступ мерцательной аритмии. Весной две тысячи двадцать пятого года появились сообщения ещё об одном сердечном приступе. Возраст неизбежно напоминает о себе, а организм уже не способен выдерживать прежние нагрузки. Но вместо поддержки и добрых пожеланий в адрес актрисы всё чаще начали раздаваться жестокие комментарии:
— Уберите уже эту старуху со сцены! Она должна понимать, когда пора уходить!
Очередной всплеск возмущения вызвало появление Светланы Немоляевой в клипе музыкальной группы «Ленинград». Актриса согласилась принять участие в съёмках, однако сразу обозначила принципиальное условие:
— Если всё будет достойно, без непристойностей и нецензурных слов, тогда я, возможно, соглашусь.
Сергей Шнуров выполнил данное обещание. Несмотря на это, часть пользователей Интернета восприняла участие Немоляевой в клипе крайне негативно. На пожилую актрису обрушились резкие обвинения, а некоторые комментаторы стали открыто требовать, чтобы она окончательно завершила карьеру.
— Снялась у Шнурова? Значит, для нас такой актрисы больше нет! — примерно так высказывались наиболее категоричные поклонники традиционной театральной школы после выхода ролика группы «Ленинград» с участием Светланы Владимировны.
Звучали и другие претензии:
— У неё серьёзные проблемы с сердцем, пусть сидит дома! Светлана Владимировна, вы вообще осознаёте, сколько вам лет?
Немоляева не стала публично оправдываться. Она не давала скандальных интервью, не плакала перед камерами и не пыталась переубедить критиков. Актриса просто продолжила выходить на сцену.
Потому что театр для неё давно стал не обычной работой, а воздухом, без которого невозможно существовать. Потому что выступления иногда дают ей больше жизненной энергии, чем лекарства и больничный покой. Её осуждают люди, забывающие, что возраст — не обвинительный приговор, а пройденный путь, большой опыт и право человека сохранять достоинство.
Почему-то некоторым кажется, что известный артист обязан вовремя исчезнуть из поля зрения, уступив место молодым, а не продолжать жить, играть и заниматься любимым делом.
Сегодня Светлана Немоляева по-прежнему хранит память о муже Александре Лазареве, которого не стало в две тысячи одиннадцатом году. Она носит его кольца и признаётся, что без этих украшений ощущает себя практически раздетой.
Она искренне радуется успехам сына Александра и внучки Полины, которые также связали свою судьбу со сценой. За долгую жизнь Светлана Владимировна пережила войну, послевоенную бедность, годы творческого забвения, беспощадную критику, потерю самых близких людей и тяжёлые болезни.
Но внутри неё всё ещё живёт та самая девочка из дома на Плющихе, которая рисовала яркие платья среди серой реальности и по ночам мечтала о свете театральной рампы.
Так вправе ли общество решать за великого артиста, в какой момент ему следует навсегда уйти со сцены? Или талант, однажды подаренный человеку судьбой, принадлежит только ему самому, и лишь он может распорядиться этим даром до последнего спектакля?