В коридоре стоял тяжелый запах жареного бекона и давно немытого тела. На коврике у двери были брошены грязные женские ботинки. С подошв на кафель стекла мутная серая вода. Со стороны кухни слышалось громкое чавканье, которое заглушал работающий телевизор.
Марина сняла обувь. Повесила пальто. После долгой смены ноги ныли и гудели. Сейчас ей хотелось лишь выпить горячего чая и побыть в полной тишине.
За кухонным столом сидела Даша. Младшая сестра её мужа. На ней был Маринин халат.
Даша уплетала макароны по-флотски прямо из дорогой сковороды с тефлоновым покрытием. Она орудовала металлической вилкой. Пронзительный скрежет по покрытию неприятно отдавался в ушах.
— Привет, — небрежно произнесла Даша, продолжая жевать.
Марина остановилась на пороге кухни. На столе стояла пустая пятилитровая кастрюля, в которой утром был борщ. Рядом лежала разорванная упаковка от нарезанного сыра. Раковина была забита жирными тарелками и кружками.
— Куда делся суп? — спокойно спросила Марина.
Даша безразлично пожала плечами.
— Мы его съели. Костик днем заезжал пообедать. Ему очень понравилось.
Марина перевела взгляд на огромную пустую кастрюлю.
— Все пять литров? Меньше чем за сутки?
— Ну, я тоже поела. А Костик ещё взял контейнер с собой на работу. И что здесь такого? Тебе для собственного мужа супа жалко?
Даша положила вилку рядом. На дне сковороды уже отчетливо виднелись глубокие светлые царапины. Эта сковорода стоила четыре тысячи рублей.
Внутри Марины словно что-то резко захлопнулось. Будто тяжелый холодный замок.
Она подошла к холодильнику и открыла дверцу. Полки оказались пустыми. Исчезли йогурты, куриное филе, докторская колбаса. Осталась лишь одинокая баночка дешевой горчицы.
— А где котлеты? — поинтересовалась Марина.
— Их ещё вчера доели. Марин, ты чего так завелась? Мне теперь голодной сидеть?
Марина достала из сумки кассовые чеки. Она всегда складывала их и хранила.
— Только за этот месяц я оставила в магазинах сорок пять тысяч рублей.
Даша демонстративно закатила глаза.
— Ой, опять началось. Нашлась бухгалтерша.
— Ты живешь в моей квартире уже восемь месяцев. Восемь месяцев, Даша. И за всё это время не купила даже одной буханки хлеба.
— Я работу ищу! — раздраженно повысила голос золовка.
— Ты ищешь обеспеченного мужчину в приложении для знакомств. А питаешься полностью за мой счет.
Марина взяла испорченную сковороду и поставила её в раковину. Затем открыла кран с ледяной водой.
— Эй! Я вообще-то ещё не доела! — возмутилась Даша.
— Твоя еда закончилась. Моя, как выяснилось, тоже. Освободи кухню.
Даша недовольно фыркнула. Сняла с себя Маринин халат, бросила его на спинку стула и ушла в гостиную.
Марина не стала разбирать посуду. Она налила себе стакан воды и выпила его одним глотком. После этого достала телефон и написала мужу.
«Зайди после работы в магазин. Дома совсем нет еды».
Ответ пришел почти сразу.
«Я устал. Закажи доставку. У тебя же деньги есть».
Марина невесело усмехнулась. Деньги действительно были. Только заработала их она сама.
Поздно вечером хлопнула входная дверь. Домой вернулся Костя.
— Марин! Что у нас сегодня на ужин?
Марина сидела на диване, поставив ноутбук на колени.
— Ничего. Еды нет, — спокойно сказала она.
Костя прошел в комнату, даже не сняв обувь.
— Как это нет? Вчера холодильник был полностью забит.
— Твоя сестра всё съела. Не без твоего участия.
Костя тяжело вздохнул и провел рукой по лицу, будто стирая невидимую пыль.
— Марин, ну ты опять начинаешь. Дашка молодая, у неё быстрый обмен веществ.
— Быстрая у неё только наглость. За ипотеку каждый месяц я отдаю тридцать восемь тысяч. Квартира принадлежит мне.
— Мы вообще-то семья! — сорвался на крик Костя. — А я плачу коммунальные платежи!
— Коммунальные платежи обходятся в шесть тысяч. Продукты — в сорок пять. За восемь месяцев содержание твоей сестры стоило мне триста шестьдесят тысяч.
— Для тебя всё сводится к деньгам!
Костя резко развернулся и направился на кухню. Через несколько секунд оттуда донесся грохот кастрюль и дверок шкафов.
— Марин! — крикнул он. — Здесь даже яиц нет!
— Я в курсе.
Костя вернулся в комнату раздраженный. Его лицо покрылось красными пятнами.
— Дай мне тысячу. Схожу и куплю шаурму.
Марина внимательно посмотрела на него. Так смотрят на человека, которого внезапно перестали узнавать.
— Твоя банковская карта лежит у тебя в кармане.
— Я всё отдал за кредит на машину. Ты же знаешь, до зарплаты у меня ничего не осталось.
— Значит, сегодня у вас будет разгрузочный день.
Костя с силой ударил кулаком по дверному косяку.
— Ты что, издеваешься? Моя сестра голодная! Я тоже голодный! Ты вообще жена или кто?
— Похоже, я ваш спонсор, Костик. Но акция безграничной щедрости подошла к концу.
Он выругался и с грохотом захлопнул входную дверь. Примерно через час вернулся с двумя шаурмами и бутылкой колы. Даша радостно выбежала встречать брата. Марине они ничего не предложили.
Но ей уже было всё равно.
На следующий день наступила суббота. Утром в замочной скважине повернулся чужой ключ.
Входная дверь открылась с тихим скрипом. Марина лежала в спальне и отчетливо слышала тяжелые, шаркающие шаги.
Пришла Галина Петровна. Её свекровь.
— Костик! Дашенька! Я вам блинчиков принесла! — прогремел её голос из прихожей.
Марина накинула халат и вышла из комнаты.
Галина Петровна по-хозяйски снимала сапоги. В руках она держала большой пластиковый контейнер.
— О, всё спишь, Маришка? Уже одиннадцатый час.
— Сегодня мой выходной.
Свекровь неодобрительно поджала губы.
— Жена должна мужа завтраком кормить, а не валяться до обеда. Где мой сын?
Из гостиной появилась растрепанная Даша.
— Мам, она вчера специально оставила нас без еды. Из-за какого-то супа настоящую истерику устроила.
Галина Петровна громко ахнула и с возмущением посмотрела на Марину.
— Ты совсем рассудок потеряла? Ребенка голодом решила морить?
— Этому ребенку двадцать четыре года, — ответила Марина. — И ест он как взрослый грузчик.
— Да как ты смеешь так говорить! — свекровь угрожающе шагнула к ней.
Марина осталась стоять на месте.
— Оставьте ключ на тумбочке.
Галина Петровна остановилась.
— Что ты сказала?
— Ключ от моей квартиры. Положите его на стол.
Свекровь быстро переглянулась с дочерью.
— Ничего я отдавать не собираюсь. Это жилье моего сына.
— Квартира куплена мной до брака и полностью на мои деньги. Ваш сын зарегистрирован здесь временно. Поэтому положите ключ.
Галина Петровна с раздражением бросила связку на деревянную тумбочку. Металлический звон эхом разлетелся по прихожей.
— Господи, пожалела для родных людей тарелку супа! Бедный мой Костик. Связался с жадной и бессердечной женщиной.
Свекровь направилась на кухню. Даша тут же поспешила следом. Марина слышала, как они тихо обсуждают её за закрытой дверью.
Примерно через час Галина Петровна ушла.
Марина зашла в ванную, чтобы умыться. На полочке ровным рядом стояла её косметика. Одной баночки не хватало. Исчез ночной крем стоимостью семь тысяч рублей.
Марина вышла в коридор.
— Даша, где мой крем?
Даша даже не подняла головы от телефона.
— Откуда мне знать? Мама вроде брала что-то, чтобы руки намазать. У неё кожа сухая.
— Она намазала руки моим дорогим антивозрастным кремом с ретинолом?
— Да какая вообще разница? Хватит ныть из-за какой-то баночки. Купишь себе новую, у тебя зарплата позволяет.
Марина ничего не ответила. Она вернулась в спальню, переоделась и взяла сумку.
Ей срочно понадобилось сходить в строительный гипермаркет.
Пешком дорога занимала около пятнадцати минут. Погода была отвратительной. Холодный ноябрьский ветер пробирался под одежду. Марина ускорила шаг.
В магазине она взяла большую тележку и сразу направилась в отдел с крепежными изделиями.
Там она выбрала две прочные стальные накладки с широкими проушинами. Затем положила в тележку упаковку саморезов по металлу, мощный двухкомпонентный клей и надежный замок.
Замок оказался тяжелым и массивным. Навесная модель с кодовым механизмом. Без специального инструмента открыть его было практически невозможно.
После строительного магазина Марина заехала в отдел бытовой техники. Там она приобрела компактный холодильник размером с прикроватную тумбочку и доплатила за срочную доставку.
Домой Марина вернулась около трех часов дня.
В квартире никого не было. Даша ушла гулять, а Костя проводил время с приятелями в гараже.
Марина сразу приступила к задуманному.
Она достала собственный шуруповерт. Затем приложила металлические накладки к дверцам большого белого холодильника марки «Бош», стоявшего на кухне.
Закручивать саморезы в металлический корпус оказалось непросто. Материал упорно сопротивлялся. Однако накопившаяся злость давала Марине дополнительные силы.
Примерно через полчаса на дверях холодильника появились две массивные проушины. Марина продела в них стальную дужку навесного замка и защелкнула механизм. Несколько раз потянула за ручку. Дверца не открывалась.
После этого она перенесла из кухонных шкафов все крупы, макароны, специи и консервы в спальню. На дверь комнаты Марина установила простой врезной замок с ключом. С этой задачей она справилась намного быстрее.
К пяти часам приехали грузчики и доставили маленький холодильник. Марина поставила его рядом с кроватью и включила в розетку.
Затем она оформила заказ из дорогого продуктового магазина. В корзину отправились свежая форель, стейки рибай, фермерский творог, хорошие сыры и несколько видов фруктов. Общая сумма составила пятнадцать тысяч рублей.
Все продукты Марина аккуратно разложила по полкам нового личного холодильника, который теперь стоял в спальне.
Большой кухонный холодильник остался совершенно пустым. Марина выдернула вилку из розетки и заперла дверцу на массивный навесной замок.
После этого она приняла душ, нанесла на лицо маску и приготовила себе свежий кофе.
Марина села за кухонный стол с кружкой в руках. Оставалось только ждать.
Первой домой пришла Даша.
В одной руке она несла пачку чипсов, в другой — банку дешевого энергетического напитка.
— Ужас, какой холод, — пожаловалась она с порога. Сняла куртку, бросила её на пуфик и направилась на кухню.
Марина продолжала молча пить кофе.
Даша подошла к холодильнику и потянула дверцу на себя. Та даже не сдвинулась.
Она дернула сильнее. Замок громко ударился о металл.
Даша несколько секунд ошеломленно смотрела на металлические накладки.
— Это ещё что такое?
— Замок, — спокойно сообщила Марина.
— Для чего?
— Чтобы ты больше не ела за мой счет.
Лицо Даши побледнело.
— Ты ненормальная? Немедленно открой! Я хочу взять кетчуп к чипсам.
— Кетчупа внутри нет. Там вообще ничего нет. Холодильник выключен. Все мои продукты теперь лежат в моей комнате. А комната заперта.
Даша крепко сжала руки в кулаки.
— Косте это точно не понравится!
— Костик может закрыться в ванной и поплакать.
Даша выхватила телефон и принялась набирать номер брата.
— Костя! Эта сумасшедшая прикрутила к холодильнику настоящий амбарный замок! — закричала она в трубку. — Да, прямо к дверям саморезами!
Марина спокойно допила кофе, сполоснула чашку и отправилась к себе. Закрыв дверь, она дважды повернула ключ.
Примерно через час домой влетел Константин.
Марина услышала, как с грохотом распахнулась входная дверь. Затем раздался тяжелый топот в коридоре и возмущенный крик на кухне.
Через несколько секунд кто-то начал барабанить в дверь спальни.
— Марина! Открывай немедленно!
Она отложила книгу, подошла к двери и повернула ключ. На пороге стоял Костя, красный от злости.
— Ты совсем с ума сошла? Зачем испортила холодильник?
— Я его немного усовершенствовала.
— Снимай этот замок! Я есть хочу! Мы весь день провозились в гараже!
Марина спокойно прислонилась плечом к дверному косяку.
— Ничего я снимать не стану. С сегодняшнего дня у нас раздельный бюджет. Я самостоятельно оплачиваю ипотеку. А ты обеспечиваешь себя, свою сестру и ваши аппетиты.
— Я твой законный муж! Ты обязана готовить мне еду!
— И где это указано?
— В свидетельстве о браке!
Марина усмехнулась.
— В ЗАГСе выдают документ о заключении брака. А не бумагу об усыновлении взрослого бездельника вместе с его сестрой.
Костя попытался плечом отодвинуть Марину и проникнуть в комнату.
— Отойди! У тебя там продукты! Я их запах чувствую!
Марина обеими руками сильно толкнула его в грудь. Костя пошатнулся и отступил в коридор.
— Ещё раз попытаешься тронуть меня или дверь — позвоню в полицию. Скажу, что ты пытался ворваться и напасть.
— Ты всё равно этого не сделаешь.
— Можешь проверить.
Марина закрыла дверь прямо перед его лицом и повернула ключ.
За стеной продолжались крики, ругань и удары. Костя позвонил матери. Судя по обрывкам разговора, Галина Петровна советовала ему взломать дверь.
Но Костя не решился. Он ударил ногой по стене и ушел на кухню. Через некоторое время хлопнула входная дверь. По всей видимости, муж отправился покупать еду.
Понедельник прошел напряженно. Затем наступил вторник.
Новые правила действовали без исключений. Марина готовила для себя в мультиварке, установленной в спальне, или заказывала готовые блюда. Использованную посуду она сразу мыла и убирала обратно в комнату.
На общей кухне воцарилось полное запустение.
Костя и Даша купили упаковку пельменей и самые дешевые сосиски. Но приготовить их оказалось не в чем. Все свои кастрюли и сковороды Марина заранее перенесла в спальню.
В среду вечером Марина вышла на кухню, чтобы набрать воды.
Костя пытался жарить сосиски на Дашиной плойке для волос. В помещении стоял отвратительный запах горелого пластика и жира.
— Ты так сломаешь прибор, — заметила Марина.
Костя исподлобья посмотрел на неё. Под глазами у него появились темные круги.
— Это всё из-за тебя! Ты нас до такого состояния довела!
Даша сидела за столом и хрустела сухой лапшой быстрого приготовления прямо из упаковки.
— Марина, ну пожалуйста, — жалобно произнесла она. — Дай хотя бы чайник включить. Мне хочется горячего чая.
— Чайник принадлежит мне. Он стоил шесть тысяч. Воду можно нагреть кипятильником в обычной кружке. Конечно, если у вас есть кипятильник.
— Стерва, — сквозь зубы произнес Костя.
Марина повернулась к нему.
— Завтра вы оба отсюда съезжаете.
Слова прозвучали тяжело и окончательно.
Костя прекратил переворачивать сосиску.
— Куда мы должны идти?
— К вашей маме. В гостиницу. Куда угодно. Это уже не моя проблема.
— Я здесь прописан! — закричал он.
— Ты здесь временно зарегистрирован. Сегодня я подала в МФЦ заявление, чтобы твою регистрацию аннулировали. Основание — фактическое прекращение семейных отношений. А завтра подам документы на развод.
Даша от неожиданности уронила сухую лапшу. Мелкие кусочки рассыпались по поверхности стола.
— Какой ещё развод? А мне куда идти?
Марина коротко рассмеялась. Не потому, что ей было весело. Просто поверить в услышанное казалось невозможно.
— Тебя я не усыновляла. Поэтому собирай вещи и уходи.
— Мы отсюда никуда не уедем! — Костя с силой бросил плойку на стол. — Это и мой дом! Я собственными руками здесь ремонт делал!
— Ты переклеил обои в коридоре. Можешь оторвать их и забрать себе.
Марина развернулась и ушла в спальню.
Наступил четверг. Вечер.
В тот день Марина вернулась с работы немного раньше. В квартире царила непривычная тишина.
Она заглянула в гостиную.
Посреди комнаты стояли две большие дорожные сумки и три набитых черных пакета для мусора.
На диване сидела Даша. Она уже была одета в пуховик и зимнюю шапку. Глаза покраснели от слез.
Костя курил на балконе.
Марина включила верхний свет.
— Молодцы. Всё-таки успели собраться до моего возвращения.
Костя вошел с балкона и выдохнул сигаретный дым прямо в комнату.
— Мы уйдем. Но сначала ты вернешь мне деньги. За коммунальные услуги и за весь ремонт.
— Разумеется, — кивнула Марина. — Переведу сразу после того, как ты перечислишь мне половину ипотечных платежей за три года нашего брака. Это примерно полтора миллиона рублей. Будем считать?
Костя стиснул зубы. На щеках заходили желваки.
— Да подавись ты своей квартирой. Мразь.
Он поднял с пола одну сумку. Даша встала с дивана и надела на плечо рюкзак.
Марина подошла к выходу из гостиной и преградила им путь.
Она внимательно посмотрела на Дашу. На её почти новый пуховик. На дорогие кожаные сапоги. На модную сумку известной марки.
Взгляд Марины остановился на рукаве зимней куртки.
— Снимай пуховик.
Даша растерянно замерла.
— Что?
— Снимай куртку. И открой рюкзак.
Костя со злостью бросил сумку обратно на пол.
— Ты совсем больная? На улице минус два градуса!
Марина продолжала смотреть исключительно на Дашу.
— Этот пуховик купили в сентябре на мою премию. Он был подарком, чтобы тебе было в чем ходить на собеседования. Работу ты так и не нашла. Поэтому подарок отменяется.
— Марина, пожалуйста! — Даша прижалась спиной к стене. — Я же замерзну! У меня другой теплой одежды нет! Мама всё выбросила, когда переезжала.
— Меня это больше не волнует. Снимай.
Даша посмотрела на брата, надеясь, что он за неё заступится.
Однако Костя промолчал. Он лишь опустил взгляд в пол.
— Костя, скажи ей хоть что-нибудь! — всхлипнула Даша.
Марина шагнула ближе.
— Либо куртка остается здесь, либо я прямо сейчас звоню в полицию и сообщаю о краже. Ты украла мой крем стоимостью семь тысяч. Чеки сохранились. Поедем в отделение и будем выяснять, действительно ли твоя мама мазала им руки или баночка находится у неё дома.
По щекам золовки покатились слезы. Дрожащими руками она медленно расстегнула молнию.
Пуховик упал на пол. Под ним на Даше был лишь тонкий вязаный свитер.
Марина ногой отодвинула куртку в сторону дивана.
— Теперь можете идти.
Они вышли в прихожую. Костя нес тяжелые сумки и пакеты. Даша шагала следом в одном тонком свитере, обнимая себя руками.
Марина стояла в дверях квартиры и наблюдала, как они ожидают лифт.
Когда двери открылись, Костя вошел первым. Даша задержалась на мгновение и обернулась. Её губы заметно дрожали.
— Ты настоящее чудовище, — тихо произнесла она.
Марина ничего не ответила. Она нажала кнопку вызова лифта, и двери закрылись. Затем повернула тяжелый замок входной двери.
Вернувшись на кухню, она остановилась и прислушалась. В квартире царила абсолютная, почти звенящая тишина.
Больше не было запаха чужого пота. Не пахло пережаренным луком. Не ощущалось ничьего постороннего присутствия.
Марина достала из кармана маленький ключ. Подошла к большому белому холодильнику и открыла навесной замок.
Внутри было пусто и идеально чисто.
Марина улыбнулась.
А как бы вы поступили на месте Марины? Оставили бы сестру мужа в холодном подъезде в одном тонком свитере или всё-таки проявили сострадание?