— Хорошо, — спокойно ответила я и потянулась за шваброй.
— Нет.
Я остановилась.
— Что?
— Руками.
Я молча посмотрела на неё.
— Я не собираюсь мыть пол руками.
В глазах Виктории мгновенно появилась ярость.
Та самая детская, капризная ярость, которая появляется у людей, привыкших к тому, что им никогда не отказывают.
— Простите?
— Я сказала, что не стану оттирать пол руками.
Виктория коротко рассмеялась.
Затем развернулась, ушла в сторону прачечной и через минуту вернулась с ведром.
Внутри была серая мыльная вода, в которой до этого полоскали грязные тряпки.
— Тогда, наверное, сначала придётся смыть с вас всю эту деревенскую грязь.
Она резко толкнула ведро в мою сторону.
Его край больно ударил меня по плечу.
А следующую секунду ледяная вода полностью накрыла меня.
Потоки побежали по лицу, шее, груди.
Мокрая форма моментально прилипла к телу.
С парика вода стекала прямо на очки.
Пустое ведро с грохотом упало на мрамор.
Эхо прокатилось по всему дому.
А Виктория согнулась от смеха.
— Вот теперь вы хотя бы выглядите соответственно своему положению.
Я медленно подняла руку.
Стерла воду с глаз рукавом.
Пальцами нащупала в кармане кнопку диктофона и убедилась, что запись продолжается.
После этого посмотрела в сторону лестницы.
— Андрей, — спокойно позвала я. — Спустись, пожалуйста, на минуту.
Виктория мгновенно перестала смеяться.
На лестнице скрипнула ступенька.
Наверху появился мой сын.
Он был в белой рубашке с закатанными рукавами.
До этого Андрей сидел в кабинете и работал с документами фонда.
Он спустился на несколько ступеней.
Потом ещё ниже.
А затем увидел меня.
Мокрую.
Неподвижную.
Стоящую посреди холла в луже грязной воды в доме, где он вырос.
Лицо сына стало белым.
— Что здесь произошло?
Виктории понадобилась буквально секунда, чтобы полностью изменить выражение лица и тон.
— Милый, эта женщина начала вести себя агрессивно! Она мне угрожала. Я просто пыталась защититься.
Я подняла руки.
Сняла очки.
Потом медленно стянула мокрый чёрный парик.
В холле наступила такая тишина, словно кто-то разом выключил весь мир вокруг.
Андрей замер.
— Мама?..
Виктория отступила назад.
И в эту секунду до неё наконец дошло.
Она издевалась не над безымянной женщиной, которая боялась потерять работу.
Она только что показала свою настоящую сущность матери собственного жениха.
Но самое неприятное для Виктории ещё даже не началось.
Часть 2. Финал
— Мама?..
Андрей остановился на лестнице.
Рука медленно соскользнула с перил.
Он переводил взгляд с моей насквозь мокрой формы на лужу на полу, затем на лежавшее ведро и на Викторию, которая всего несколько секунд назад буквально задыхалась от смеха.
Теперь её лицо стало белее стены.
— Андрей, я сейчас всё объясню, — быстро заговорила она. — Твоя мать устроила какой-то спектакль! Она специально пыталась вывести меня из себя!
Я ничего не ответила.
Просто достала из кармана небольшой диктофон.
Красный индикатор продолжал гореть.
Увидев устройство, Виктория резко вдохнула.
— Это незаконно! Вы не имели права меня записывать!
— В моём собственном доме? — спокойно спросила я.
— Вы за мной следили!
— Нет. Я просто дала тебе возможность поговорить так, как ты обычно разговариваешь с человеком, которого считаешь ниже себя.
Андрей медленно спустился до конца.
Его взгляд остановился на моём плече, куда пришёлся удар краем ведра.
— Ты действительно вылила на неё эту воду?
— Она отказалась делать свою работу!
— То есть мыть пол руками?
Виктория нервно рассмеялась.
— Андрей, ну зачем цепляться к словам? Она вела себя вызывающе. Я хотела поставить её на место.
— На какое именно место?
Голос сына стал тихим.
Я прекрасно знала этот тон.
Так Андрей разговаривал лишь тогда, когда действительно был в ярости.
Виктория тоже почувствовала перемену.
Она подошла ближе и попыталась коснуться его руки.
— Андрей, ты ведь знаешь меня. Я люблю тебя. Просто я ужасно нервничаю из-за свадьбы. Столько проблем, столько ответственности…
Он отступил.
Её рука осталась висеть в воздухе.
— Нет, Виктория. Я тебя не знаю.
— Что?
— Сейчас я понял, что вообще никогда тебя не знал.
На шум стали подходить сотрудники дома.
Первой появилась Татьяна.
Следом за ней — кухарка Галина, водитель Алексей и молодая помощница Ирина.
Виктория резко повернулась к ним.
— Что вы все здесь делаете? Вернитесь к своей работе!
Никто даже не двинулся.
Татьяна подошла ко мне.
— Елена Сергеевна, вам вызвать врача?
— Не нужно. Только принесите сухую одежду.
Галина подала мне большое полотенце.
Я заметила, как сильно дрожат её руки.
Андрей заметил тоже.
— Галина, — спросил он. — Виктория когда-нибудь делала с вами что-то похожее?
Женщина опустила глаза.
— Андрей, не надо…
— Нет. Я хочу знать.
Галина долго молчала.
А затем почти шёпотом сказала: