Данило молчал.
— Но ты мне отказал.
Через неделю Вера вернулась в город.
За это время она успела многое сделать.
Поговорила с юристом.
Проверила документы на квартиру.
Уточнила, как правильно оформить развод и урегулировать вопрос проживания Данило.
Квартира досталась ей от бабушки ещё до замужества.
Автомобиль она тоже приобрела до свадьбы на собственные сбережения.
Все документы она бережно хранила.
Не потому, что не доверяла мужу.
Просто привыкла поддерживать порядок во всём.
Юрист объяснила, что право собственности само по себе не даёт возможности самовольно выселить человека, поэтому все вопросы необходимо решать исключительно законным способом.
Вера согласилась.
Ей не нужны были скандалы.
Она хотела только одного.
Чтобы Данило больше не был частью её жизни.
Когда она вернулась домой, муж сидел на кухне.
На столе стояла чашка чая.
Рядом лежала газета.
Он поднял голову.
— Вернулась.
— Да.
— Ну что, успокоилась?
Вера остановилась.
Посмотрела на него.
И вдруг поняла, что он до сих пор ничего не осознал.
— Данило, у меня не было истерики.
Он поморщился.
— Да брось. Я понимаю, у тебя горе. Но зачем разрушать семью?
Вера поставила сумку.
— Я не разрушаю семью. Я ухожу из отношений, в которых давно осталась одна.
Он раздражённо вздохнул.
— Опять красивые фразы!
— Я подала документы на развод.
Данило застыл.
— Что?
— Ты всё правильно услышал.
Он медленно поднялся.
— Ты серьёзно?
— Да.
— Из-за машины?!
Вера закрыла глаза.
Всего на мгновение.
Затем ответила:
— Нет, Данило. Из-за того, что ты до сих пор считаешь, будто всё дело в машине.
Он долго ходил по кухне.
Затем начал быстро и нервно говорить:
— Ладно! Я виноват! Признаю! Нужно было отдать тебе ключи! Довольна?!
Вера смотрела на него.
— Нет.
— А чего тебе ещё нужно?!
— Ничего.
Он остановился.
— Как это?
— Я больше ничего от тебя не хочу.
Эти слова оказались болезненнее любого крика.
Данило внезапно почувствовал, что ситуация действительно выходит из-под его контроля.
— Вера, послушай…
— Нет. Теперь ты выслушай меня.
Она села за стол.
Положила перед собой папку.
— Мы прожили вместе семь лет. И все эти годы я постоянно убеждала себя, что ты просто устаёшь, что у тебя непростой характер, что ты не умеешь выражать свои чувства.
Данило молчал.
— Когда я болела, ты говорил, что мне нужно меньше себя жалеть.
— Вера…
— Когда меня сократили на работе, ты заявил, что сама виновата.
— Я совсем не это имел в виду…
— Когда мама лежала в больнице, ты возмущался, что я езжу к ней каждые выходные.
Он опустил глаза.
— А теперь она умерла. И даже в этот день ты не смог поставить моё горе выше поездки собственной матери в гости.
Вера замолчала.
Затем тихо добавила:
— Я больше не хочу оправдывать тебя перед самой собой.
Данило сел напротив.
Впервые за всё время он не стал спорить.
— Я не знал, что ты всё так воспринимаешь.
Вера грустно улыбнулась.
— Потому что ты никогда не спрашивал.
Он потёр лицо ладонями.
— Может, попробуем начать всё заново?
— Нет.
— Я изменюсь.
— Возможно.
Он поднял голову.
— Тогда почему нет?
Вера посмотрела ему прямо в глаза.
— Потому что у меня больше нет сил проверять.
Следующие две недели Данило ещё оставался в квартире.
Они почти не разговаривали.
Вера спала в спальне.
Он — на диване.
Она больше не готовила ему ужин.
Не стирала его одежду.
Не спрашивала, когда он вернётся.
И Данило впервые заметил, сколько всего жена делала незаметно для него.
В холодильнике закончилось молоко.
Рубашки лежали неглажеными.
Чистые полотенца больше не появлялись сами собой.
Но хуже всего было даже не это.
Хуже всего оказалась тишина.
Вера больше не спорила.
Не плакала.
Не просила.
Она просто жила рядом, словно его уже не существовало.
Однажды вечером Данило позвонил матери.
— Мам, Вера действительно собирается разводиться.
Людмила Степановна тяжело вздохнула.
— Я знаю.
— Она тебе говорила?
— Да.
— И ты ничего не собираешься делать?!
— А что я должна сделать?
— Поговори с ней! Убеди её!
Мать долго молчала.
Затем ответила:
— Данило, я не стану уговаривать женщину оставаться с мужчиной, который не смог поддержать её в самый тяжёлый день жизни.
Он крепче сжал телефон.
— Ты же моя мать!
— Именно поэтому я и говорю тебе правду.
— Я ошибся!
— Да. Но, сынок, далеко не каждую ошибку можно исправить одними словами.
Он молчал.
— Знаешь, что меня больше всего поразило? — продолжила Людмила Степановна.
— Что?
— Ты прикрылся мной. Сказал, что не можешь подвести мать. Но при этом совершенно спокойно подвёл жену, которая только что потеряла свою.
Данило закрыл глаза.
— Мам…
— Я никогда не хотела бы, чтобы мой сын ради поездки к сестре оставил жену одну в таком горе.
Через несколько дней Данило собрал свои вещи.
