— Пётр Иванович, я всё верну. До последней копейки.
Отец только махнул рукой.
— Встанешь на ноги — тогда поговорим.
Он встал.
Мастерская выросла в небольшую фирму.
Появились сотрудники.
Офис.
Дорогая машина.
Хорошие костюмы.
И, как выяснилось, очень короткая память.
Свекровь продолжала складывать продукты в сумки.
Я больше не пыталась её остановить.
— Вот и правильно, — оживилась она. — Наконец-то поняла.
Я подошла к столу.
Взяла телефон.
Открыла список контактов.
— Кому звонишь? — спросил Андрей.
— Никому особенно важному.
Он пожал плечами.
Я вышла на балкон и закрыла дверь.
Первым делом позвонила маме.
— Мам?
— Доченька, что-то случилось?
Через стекло я видела кухню.
Галина Петровна уже укладывала торт.
Даже торт.
— Ничего, — сказала я. — Просто завтра вы сюда не приезжайте.
Мама замолчала.
— Почему?
— Я всё перенесу.
— Леночка…
— Мам, просто поверь мне.
Второй звонок был хозяйке небольшого загородного ресторана примерно в двадцати километрах от города.
Он находился на холме возле озера среди сосен.
Когда-то мы отмечали там годовщину фирмы Андрея.
— Ирина Николаевна, добрый вечер. Скажите, у вас случайно не свободен небольшой зал на завтра?
Мне повезло.
Свободен.
— Нужен стол на двенадцать человек.
— Какое событие?
Я смотрела, как свекровь уходит из нашей квартиры с тремя тяжёлыми сумками.
— Очень важный юбилей.
Третий звонок был юристу.
Он удивился.
— Елена? Уже довольно поздно.
— Я знаю. Простите. Вы подготовили документы на завтра?
— Да. Ваш отец должен приехать к одиннадцати. Андрей тоже обязан присутствовать.
Я на секунду закрыла глаза.
Вот о чём Андрей полностью забыл.
Или был настолько уверен, что считал это формальностью.
На своё шестидесятилетие отец собирался сделать нам подарок.
Нет.
Не нам.
Андрею.
Полгода назад папе по наследству от старшего брата достались складское помещение и участок возле новой объездной дороги.
Андрей сразу увидел перспективу для расширения компании.
Новый цех.
Дополнительные заказы.
Совсем другой уровень бизнеса.
Но банк отказывался выдавать нужный кредит без залога.
Отец долго ничего не говорил.
А потом однажды произнёс:
— Если муж моей дочери строит дело, значит, надо поддержать.
На следующий день он должен был подписать договор залога.
Имущество стоило больше, чем Андрей смог заработать за последние три года.
— Не готовьте договор залога, — сказала я.
Юрист помолчал.
— Что-то изменилось?
Я смотрела на почти пустой холодильник.
— Да.
— Что именно?
Я ответила очень спокойно:
— Мы наконец поняли, кому собирались помогать.
Когда я вернулась на кухню, Андрей уже сидел за столом.
— Мама, конечно, немного перегнула, — сказал он. — Но ты тоже слишком остро всё восприняла.
Я начала мыть тарелку.
— Я никак не воспринимаю.
— Ну и отлично.
Он даже не понял, насколько точно я выразилась.
Я действительно больше не собиралась реагировать.
Я собиралась действовать.
Часть 2. Тост, после которого муж впервые понял настоящую цену слова «деревня»
На следующее утро Андрей проснулся около девяти.
Я к тому времени уже была одета.
На столе стояла чашка кофе.
— А продукты где? — спросил он, открывая холодильник.
Я едва не рассмеялась.
— У твоей мамы.
Он поморщился.
— Я спрашиваю, ты новые купила?
— Нет.
— Лена, гости ведь скоро приедут.
— Не приедут.
Он повернулся ко мне.
— В смысле?
— Я перенесла праздник.
— Куда?
— Не переживай. Тебя это больше не касается.
Его лицо изменилось.
За все годы нашего брака я почти никогда не разговаривала с ним таким тоном.
Не потому, что боялась.
Я просто долго верила, что супруги должны договариваться и искать компромиссы.
Даже когда компромисс на практике всегда означал одно: уступаю я.
— Что значит «не касается»? — переспросил он.
— Ровно то, что я сказала.
— Это юбилей твоего отца. Я твой муж.
Я посмотрела на него.
— Вчера он был «простым человеком», которому вполне хватит колбасы.
Андрей закатил глаза.
— Опять начинается.
— Нет. Заканчивается.
Он замолчал.
Между нами на несколько секунд появилось нечто, чего раньше не было.
Не просто ссора.
Граница.
— Лена…
Зазвонил его телефон.
Он посмотрел на экран.
— Сергей Александрович?
Это был юрист.
Я взяла сумку.
Андрей отошёл к окну.
— Да, слушаю.
Сначала его голос оставался спокойным.
Потом он резко выпрямился.
— В каком смысле встречу отменили?
Пауза.
— Кто попросил?
Ещё пауза.
Он медленно повернулся ко мне.
— Что значит, Пётр Иванович передумал?
Я начала обуваться.
— Нет, подождите. Мы всё уже согласовали. Вы понимаете, что без этого залога банк…
Он замолчал.
Я открыла дверь.
— Лена!
Я остановилась.
— Ты куда?
— На юбилей папы.
— Я поеду с тобой.
— Нет.
Он словно не поверил.
— Что?