Соседка заговорщически улыбнулась.
— А у меня, между прочим, племянник приехал из Краснодара. Николай. Вдовец, бывший военный. Сидит один, скучает. Может, позовёшь его к себе? Ему полезно будет с людьми пообщаться.
Анна замялась, но потом кивнула. Раз уж вечер всё равно обещает быть шумным, одним гостем больше, одним меньше…
— Пусть приходит к семи.
Лидия Петровна тут же оживилась и поспешила обратно, чтобы передать приглашение.
Когда Анна вернулась на кухню, Виктор встретил её тяжёлым взглядом.
— Только не говори, что ты ещё и соседского племянника позвала.
— Вить, ну что такого? Человек в городе никого не знает, ищет работу…
— А мы, значит, теперь центр по трудоустройству?
— Ну перестань. Посидит, поужинает, может, познакомится с кем-то полезным.
Виктор махнул рукой и пошёл переодеваться. Этот жест Анна знала прекрасно: муж был по-прежнему недоволен, но спорить больше не собирался.
К шести часам стол уже был накрыт. В духовке томился запечённый кролик с овощами, на тарелках лежали закуски, а дом наполнился уютным теплом. Виктор посмотрел на всё это и неожиданно впервые за день улыбнулся.
— Знаешь… возможно, ты права. Давно у нас не было такого вечера.
Анна подошла и обняла его.
— Вот и хорошо. Главное, чтобы все почувствовали: здесь им рады.
В этот момент в дверь позвонили.
Первыми вошли Валентин с букетом и смущённой улыбкой. За ним — Светлана и их сын. Анна вдруг увидела брата не таким, каким запомнила много лет назад, а уставшим, немного постаревшим, но всё же родным.
Едва они успели раздеться, как снова раздался звонок.
На пороге стояла Катя. Рядом — Олег. А между ними, крепко держась за руку мужчины, стоял маленький мальчик.
Анна не сразу поняла, что происходит.
Катя сделала шаг вперёд и, волнуясь, произнесла:
— Мам, пап… это Артём. Мой сын. А Олег — его отец. Мы больше не хотим ничего скрывать.
Виктор застыл.
Анна молча смотрела на внука, на дочь, на взрослого мужчину рядом с ней — и вдруг почувствовала, как глаза наполняются слезами.
Она подошла первой.
Обняла Катю. Потом мальчика. Потом Олега.
И только тихо сказала:
— Ну что ж… проходите. Раз уж сегодня вечер откровений, значит, так и должно быть.
За окном начинал медленно падать лёгкий снег. В доме пахло пирогами, запечённым мясом и чем-то ещё — чем-то очень хрупким, но важным.
Наверное, именно так пахнет семья, которая долго была чужой, а потом вдруг снова становится своей.