— А давай подарим твой солидный бонус сестре на её 30-летие! Она будет просто счастлива! — с полной серьёзностью предложила мама.
Ксения уже в третий раз смотрела на сумму в банковском окне на экране, словно цифры могли внезапно измениться. Но нет — всё было реально. Премия оказалась даже больше, чем она ожидала. Два года напряжённой работы в государственной корпорации, бесконечные переговоры, ночи над документами — и вот результат: крупнейшая сделка года была закрыта именно ею.
— Ксюша, ты в порядке? — заглянула в кабинет коллега Марина. — У тебя такой вид, будто случилось что-то невероятное.
— Мне премию перевели, — тихо ответила Ксения, не отрывая взгляда от монитора.
— И что, небольшую?
— Огромную. Правда огромную.
Марина присвистнула, увидев сумму.
— Поздравляю! Теперь ты точно можешь позволить себе то, о чём давно мечтала.
Ксения машинально открыла вкладку с фотографиями Сочи. Набережная, яркое солнце, море, светлые пляжи… Она много лет смотрела на эти снимки и представляла, как однажды окажется там сама.
— Сочи? — сразу поняла Марина. — Давно пора. Хотя на твоём месте я бы ещё и о съёмной квартире подумала. Тебе ведь уже двадцать семь? Самое время жить отдельно.
Ксения только кивнула. Она и сама всё чаще думала о переезде. Жить с мамой и старшей сестрой Еленой становилось всё тяжелее. Особенно потому, что Елене уже было тридцать, а постоянной работы у неё по-прежнему не было — зато оправданий, почему в этом виновата не она, хватало с избытком.
Домой Ксения вернулась в хорошем настроении. Мама, как обычно, стояла на кухне у раковины в старом клетчатом фартуке.
— Мам, у меня новость, — сказала Ксения, доставая из холодильника йогурт.
— Какая? — мама вытерла руки полотенцем и повернулась к ней.
— Мне дали большую премию за ту сделку.
Мамины глаза тут же засияли.
— Ксюша, какая ты молодец! И сколько?
Ксения назвала сумму. Мама даже опустилась на стул.
— Боже мой… Это же почти целое состояние! — выдохнула она, а потом вдруг оживилась. — Слушай, Ксюша, а давай подарим этот бонус Елене на тридцатилетие! Она будет просто в восторге!
Ксения едва не поперхнулась.
— Что?!
— Ну а что такого? — удивилась мама, будто речь шла о чём-то совершенно естественном. — Тридцать лет — серьёзная дата. Пусть у Елены будет настоящий праздник. Сможет, например, куда-нибудь поехать, за границу, отдохнуть наконец.
— Мам, ты сейчас серьёзно? — Ксения медленно поставила стакан на стол.
— А что тебя так удивляет? Деньги должны оставаться в семье. Елена тоже моя дочь, к тому же старшая. У тебя хорошая работа, ты ещё заработаешь.
В этот момент в квартиру вошла Елена — довольная, раскрасневшаяся после прогулки с подругами.
— О чём разговор? — спросила она, снимая пальто.
— Ксюша получила огромную премию, — с воодушевлением сообщила мама. — Думаем подарить её тебе на день рождения.
— Мы не думаем, — резко ответила Ксения. — Это ты так решила.
Елена приподняла брови.
— И сколько там?
Мама назвала сумму, и Елена уважительно присвистнула.
— Ксюша, ну правда… — она села рядом. — Мне бы такой подарок очень пригодился. Тридцать лет всё-таки. Я ведь никуда толком не ездила, ничего не видела. А ты ещё молодая, у тебя всё впереди.
— Всё впереди? — Ксения почувствовала, как внутри поднимается раздражение. — Елена, мне двадцать семь. Я четыре года училась, потом проходила практику почти бесплатно, потом два года пахала, чтобы получить это место. Эти деньги я заработала сама.
— Ксения, не разговаривай так с сестрой, — тут же осадила её мать.
— А почему она может спокойно обсуждать, как потратить мои деньги? Почему вообще считается нормальным требовать у меня то, что я заработала?
Елена скрестила руки на груди.
— Я ничего не требую. Я просто сказала, что такой подарок был бы мне полезен. Ты же знаешь, как сложно сейчас найти нормальную работу.
— Сложно? — Ксения встала. — И сколько собеседований ты прошла за последний год? Три? Четыре?
— Ксения! — повысила голос мама. — Как тебе не стыдно? Елена ищет работу по специальности, а не хватается за первое попавшееся.
— Мам, я тоже искала работу по специальности! — не выдержала Ксения. — Я два года ходила по собеседованиям, получала отказ за отказом, пока наконец не добилась своего.
— И что теперь? — вмешалась Елена. — Ты получила должность, получила премию. Неужели тебе так трудно помочь сестре?
— Помочь? — Ксения уже едва сдерживалась. — Я и так каждый месяц тебе «помогаю»! Кто платит за интернет? Кто покупает продукты? Кто закрывает часть счетов? Мы с мамой. А ты что делаешь?
— Я ищу работу!
— Ты гуляешь с подругами, сидишь в телефоне и спишь до обеда!
— Девочки, прекратите! — мама шагнула между ними. — Ксения, Елена права. Сейчас всем тяжело. У тебя большая премия. Неужели тебе жалко поделиться с родными?
— Поделиться? — в глазах Ксении выступили слёзы. — Мам, я хотела поехать в Сочи. Я мечтала об этом ещё со студенческих времён. А потом снять квартиру и наконец начать жить отдельно.
— Сочи? — фыркнула Елена. — Серьёзно? Спустить такую сумму на две недели у моря?
— Это не «спустить»! Это моя мечта!
— А моя мечта — хоть раз куда-то выбраться к тридцати годам, — парировала Елена. — Если не сейчас, то когда?
— Когда сама заработаешь!
Мама тяжело вздохнула и покачала головой.
— Ксения, я тебя не узнаю. Ты стала какой-то холодной. Эгоистичной. Неужели работа так тебя изменила?
— Эгоистичной? — Ксения посмотрела на неё так, будто внутри что-то окончательно надломилось. — Правда? Я живу здесь два года, оплачиваю половину расходов, покупаю тебе лекарства, приношу продукты, дарю подарки на все праздники. И как только решила потратить собственные деньги на себя — я сразу эгоистка?
— Ты всё преувеличиваешь, — отмахнулась мама. — Мы все вносим вклад в семью.
— Какой именно вклад вносит Елена?
— Она помогает мне по дому.
Ксения горько усмехнулась.
— Помогает? Она моет одну тарелку в неделю и делает вид, что совершила подвиг. Я устала. Устала быть человеком, который тянет всё на себе и при этом должен молчать. Эта премия — моя. Я её заработала. И я поеду в Сочи. Одна. Завтра подам заявление на отпуск и забронирую номер у моря. А через месяц сниму квартиру. Здесь я больше жить не буду.