— Что у нас на ужин? — спросила Алёна. — Или ты оставил мне деньги на продукты?
— Нет! — резко бросил Алексей. — А что ты вообще от меня хочешь?
— То есть мне теперь голодной сидеть? — вспылил он, чувствуя, как внутри поднимается раздражение.
— Конечно, нет, — спокойно ответила Алёна. — Сходи в магазин, купи всё необходимое и приготовь сам. Либо закажи доставку. Деньги у тебя есть.
Алексей уставился на неё с недоумением:
— Это что, такой бунт? Ты теперь решила не заниматься своими «женскими обязанностями»?
— Я устала быть единственным человеком, который тянет на себе весь быт, — отрезала Алёна.
Алексей резко швырнул папку на стол и указал на новый кухонный комбайн:
— А это ещё что? Ты опять что-то купила?
Алёна растерялась. Она явно не ожидала такого поворота. Ужин почти был готов, квартира убрана, бельё постирано — всё как обычно после её рабочего дня.
— Алексей, я давно хотела этот комбайн. На него была скидка, я взяла его на свои деньги…
— На свои деньги? — перебил он, нервно расхаживая по кухне. — И сколько от твоей зарплаты после этого осталось? Крохи! Кто платит за квартиру? Я! Кто за машину? Тоже я! Кто оплачивает коммуналку? Опять я!
Алёна молча выключила плиту и вытерла руки о фартук. Из кастрюли поднимался горячий пар, наполняя кухню аппетитным запахом, но есть ей уже совсем не хотелось.
— Я тоже работаю, — тихо произнесла она. — Полный день. Моя зарплата уходит на продукты. Я готовлю, убираю, стираю…
— Ну да, конечно, ты у нас почти святая, — язвительно бросил Алексей, с силой захлопывая дверцу шкафа и наливая себе воды. — Всё, хватит. С этого дня будем жить по-честному. Делим всё пополам. Потому что ты, похоже, слишком удобно устроилась.
— Что значит пополам? — Алёна скрестила руки на груди.
— А именно то и значит. Мы взрослые современные люди, значит, и расходы должны делить поровну. Коммуналка, связь, все счета — пятьдесят на пятьдесят. Так будет справедливо. А то всё висит только на мне!
Алёна хотела сказать, что речь вовсе не о справедливости, а о новой форме контроля: почти вся её зарплата и так уходила в дом, а домашняя работа никуда не денется. Но она сдержалась.
— Хорошо, Алексей. Раз ты так настаиваешь на «пятьдесят на пятьдесят», пусть будет так, — спокойно ответила она.
На следующее утро Алёна проснулась раньше будильника. Алексей ещё спал, отвернувшись к стене. Вчерашний разговор не выходил у неё из головы. Она тихо поднялась и пошла на кухню.
За годы брака всё как-то само собой распределилось: сначала это казалось логичным. В первый год, пока Алёна училась, Алексей действительно больше обеспечивал семью, а она занималась домом. Но потом она давно уже вышла на полноценную работу, а обязанности по хозяйству так и остались только на ней.
Открыв ноутбук, Алёна стала просматривать банковские выписки. Зарплата, покупки, коммунальные, продукты, мелкие бытовые траты — почти всё, что она зарабатывала, уходило на семью. А её ежедневный труд — готовка, уборка, стирка — будто вообще не считался чем-то важным.
Она вспомнила, как в начале отношений Алексей называл её королевой, обещал заботу и поддержку. А теперь легко бросался словами вроде «молочная корова». Удивительно, как быстро любовь иногда превращается в холодный расчёт.
Сделав глоток чая, Алёна подумала: раз он хочет делить всё пополам, значит, так тому и быть. Но тогда уж действительно всё должно быть честно.
Тем временем Алексей на работе с улыбкой рассказывал коллеге:
— Представляешь, вчера сказал Алёне: всё, живём как нормальная современная семья — всё поровну.
Игорь оторвался от экрана:
— И как она это восприняла?
— Даже спорить не стала, — довольно усмехнулся Алексей. — Сразу согласилась.
— Серьёзно? — удивился Игорь. — Просто так?
— Да. Видимо, поняла, что я прав. Справедливость есть справедливость.
Игорь хмыкнул:
— У каждого, знаешь ли, своё понимание справедливости. Моя тётя всегда говорит: бойся своих желаний — иногда они исполняются.
— Это ещё к чему? — нахмурился Алексей.
— Да ни к чему, — пожал плечами Игорь. — Просто звучит умно.
Алексей рассмеялся и вернулся к делам, не придав значения странному замечанию.
В это же время Алёна в магазине внимательно смотрела на ценники. Раньше она без раздумий заполняла целую тележку продуктами на неделю, но сегодня всё было иначе. В её корзине лежали только йогурт, немного сыра, хлеб и одна куриная грудка. К полке с рыбой, которую так любил Алексей, она даже не подошла.
Вечером дома всё было тихо. Алёна быстро приготовила себе ужин: запекла куриную грудку с овощами, поела, убрала на кухне, включила стиральную машину и устроилась на диване с планшетом. Её ждали новые серии любимого сериала.
На телефон пришло сообщение от Алексея:
«Буду через полчаса. Что на ужин?»
Алёна только улыбнулась и не ответила.
Через некоторое время в двери повернулся ключ. Алексей вошёл уставший и явно рассчитывал на горячую еду после тяжёлого дня.
— Алёна, я дома! — крикнул он, снимая пальто.
В ответ — тишина.
Он открыл холодильник и увидел почти пустые полки: йогурт, сыр, овощи.
— Алёна! — позвал он уже громче, заходя в гостиную.
Она сидела на диване в наушниках и смотрела сериал. Сняв один наушник, спокойно повернулась к нему:
— Привет. Ты уже пришёл?
— Да. А где ужин? — спросил Алексей, растерянно оглядываясь, будто кастрюля могла внезапно появиться сама собой.
Алёна удивлённо вскинула брови:
— Какой ужин? Ты же не дал мне денег на него. Что я, по-твоему, должна была делать?
Алексей замер.
— Ты сейчас серьёзно? — почти выкрикнул он. — Я прихожу домой после тяжёлого дня, а ты даже не приготовила ужин?
— Ты не оплатил свою часть, — невозмутимо ответила Алёна, снимая второй наушник. — Вчера ты сам предложил жить по схеме «пятьдесят на пятьдесят». Я купила продукты на свои деньги только для себя и приготовила ужин только для себя. Всё честно. Как и договаривались.
— Но я имел в виду общие расходы… — начал Алексей, явно теряя уверенность.
— Именно, — перебила его Алёна. — Общие расходы делятся поровну. Ужин — это тоже общий расход. Я оплатила только свою половину. И приготовила только себе.