— Да ничего я не хочу сказать, — та пожала плечами. — Просто рассуждаю вслух. Не обращай внимания.
Елена промолчала.
И именно тогда впервые поймала себя на мысли, что конфликт дома и борьба на работе устроены почти одинаково.
Меняются только лица.
В выходные позвонила мама.
Настоящая мама.
Не свекровь.
— Доченька, ты куда совсем пропала? — её голос был тёплым и родным. — Я звоню, звоню, а ты всё время занята.
— Работа, мам, — ответила Елена. — Новая должность. Всё сразу навалилось.
— Зато скучать некогда, — рассмеялась мама. — Только смотри не загоняй себя. И никого не слушай, если кто-нибудь решит сказать, что ты не справишься.
Елена слушала её и чувствовала, как к горлу подступает ком.
Сколько раз за последние годы ей хотелось услышать самые простые слова:
«Я верю в тебя».
От Ильи она их так и не дождалась.
Зато услышала от мамы.
И оказалось, что сейчас этого вполне достаточно.
После разговора Елена села на диван и некоторое время просто сидела, ничего не делая.
Мысли снова возвращались к работе.
К людям.
К тому, насколько легко разрушить отношения, когда исчезает доверие.
И насколько трудно начинать всё заново, когда рядом почти никого нет.
В понедельник на общем совещании случился первый настоящий конфликт.
Маргарита перебила Елену прямо во время доклада:
— Елена, прошу прощения, но вы не учитываете, что рекламный бюджет на четвёртый квартал уже распределён. Если сейчас менять каналы продвижения, будет перерасход.
— Я это учитываю, — спокойно ответила Елена. — Изначально бюджет рассчитали с ошибкой. Я пересчитала расходы по фактическим данным.
— А кто это согласовал? — резко спросила Маргарита.
— Я.
— Без обсуждения с отделом?
— Руководитель имеет право принимать решения, — твёрдо сказала Елена. — Если у тебя есть возражения, обсудим их после совещания.
В комнате воцарилась тишина.
Генеральный слегка улыбнулся.
Почти незаметно.
Но Елена увидела.
После совещания Маргарита догнала её возле лифта.
— Хочешь всем показать, какая ты теперь решительная? Будь осторожнее. Здесь за такое могут быстро загрызть.
Елена посмотрела ей прямо в глаза.
— Пусть попробуют. Я уже многому научилась.
Вечером пришло новое сообщение от Ильи.
«Лен, давай увидимся. Я многое понял. Не хочу, чтобы всё вот так закончилось».
Елена долго смотрела на экран.
Потом всё-таки ответила:
«Посмотрим. Сейчас не время».
Ответ пришёл почти мгновенно:
«Ты очень изменилась. Какая-то холодная стала».
Она перечитала эту фразу несколько раз.
Может быть, она действительно изменилась.
Только совсем не так, как считал Илья.
Не стала холоднее.
Просто наконец начала видеть вещи такими, какие они есть.
Следующая неделя пролетела в бесконечной гонке.
К концу месяца отдел неожиданно показал прекрасные результаты.
Появились новые клиенты.
Вырос трафик.
Количество заявок заметно увеличилось.
Сергей Николаевич похвалил её прямо при сотрудниках:
— Хорошая работа. Особенно хочу отметить Елену. Видно, что человек действительно держит ситуацию под контролем.
Она поблагодарила его.
Но улыбнулась сдержанно.
Елена уже успела понять, что успех — вещь неоднозначная.
После публичной похвалы коллеги начали смотреть на неё иначе.
Кто-то поздравлял искренне.
Кто-то улыбался слишком уж вежливо.
Вечером, когда офис опустел, Елена осталась одна.
В кабинете было почти бесшумно.
За окном доносился далёкий городской гул, экран ноутбука освещал стол.
Она открыла переписку с мамой.
«Мам, вроде получается. Но очень тяжело».
Ответ появился вскоре:
«Если тяжело — значит, ты растёшь».
Елена улыбнулась.
И неожиданно поняла, что впервые за долгое время слово «тяжело» больше её не пугает.
Однако уже на следующее утро ситуация резко изменилась.
Едва она вошла в кабинет, как Маргарита появилась с папкой.
— Здесь документы по одному подрядчику. Нужно подписать.
— Оставь, сейчас посмотрю.
Елена пролистала бумаги и почти сразу заметила несоответствие.
Сумма в предыдущем договоре была меньше.
В новом — на двадцать тысяч больше.
— А это что?
— Новый прайс, — совершенно спокойно ответила Маргарита. — Они подняли стоимость услуг.
— С какой стати?
— Ну… инфляция. Сейчас всё дорожает.
Елена посмотрела на неё.
— Я сама им позвоню.
— Пожалуйста, — Маргарита пожала плечами. — Только потом не удивляйся, если придётся извиняться.
Через пятнадцать минут Елена действительно связалась с компанией.
И выяснила, что никаких новых тарифов они не вводили.
Она медленно положила телефон на стол.
Несколько секунд сидела совершенно неподвижно.
А потом тихо произнесла:
— Вот теперь действительно начинается.
Домой она вернулась значительно позже обычного.
На столе стояла чашка с давно остывшим чаем.
В телефоне снова было сообщение от Ильи:
«Я скучаю. Хочу поговорить. Я понял, что был неправ».
Она не ответила.
Просто выключила телефон.