— Сядь, Артём. Рыбки поешь, а то остынет.
Марина тем временем уже вытаскивала плоскую панель из пенопласта.
— И ещё, — тяжело дыша, сказала она. — Ключи от машины.
— Зачем? — побледнел Артём.
— Потому что бензин туда покупала я. Страховку месяц назад оплачивала со своей карты тоже я. Машину забираю. А ты можешь ездить на метро. Денег-то у тебя, судя по твоим рассказам, всё равно нет.
Она протянула руку.
— Ключи. Сейчас же.
Артём дрожащими руками залез в карман и бросил связку на стол.
Звон ключей прозвучал для Марины почти как музыка.
— И карту, — добавила она. — Ту самую, на которую приходит твоя якобы задержанная зарплата.
Он нехотя достал пластиковую карту.
Марина забрала её.
— Пап, бери телевизор.
Николай Иванович крякнул, но с явным удовольствием поднял коробку.
— Тяжёлый, зараза. Хорошая техника. Я бы с пенсии на такой полгода копил.
Они направились к выходу.
У двери Марина обернулась.
Раиса Марковна сидела красная от злости.
Тётя Зинаида застыла с приоткрытым ртом.
Артём опустил голову на руки.
Праздник был окончательно испорчен.
Обои «Палаццо» молча смотрели со стен на этот разгром.
— Кстати, — сказала Марина, глядя на свекровь, — ремонт симпатичный. Только плинтусы криво приклеены. Дешёвая работа.
Она вышла на лестничную площадку.
Пока они спускались, из квартиры уже доносились крики.
Раиса Марковна ругала сына.
Артём что-то оправдывающе бормотал.
На улице было жарко.
Солнце било в глаза.
Николай Иванович аккуратно поставил телевизор возле скамейки.
— Ну что, дочка, куда трофей девать будем?
— Чек есть. Попробуем вернуть в магазин. Мне зуб лечить надо.
— Разумно. А с Артёмом что делать будешь? Квартира-то ипотечная, в браке куплена.
Марина вдруг почувствовала невероятную лёгкость.
Будто с плеч сняли огромный рюкзак, набитый камнями.
— Продадим квартиру. Или я возьму кредит и выкуплю его долю.
Она посмотрела на ключи от автомобиля в своей руке и нажала кнопку.
Старенький, но бодрый «Форд» пискнул за углом.
— Садись, пап. Подвезу. И Байкалу сосисок дам, у меня в багажнике лежат. Он сегодня тоже свою работу честно выполнил.
Николай Иванович улыбнулся, подхватил телевизор и направился к машине.
Марина села за руль и поправила зеркало.
В отражении увидела собственные глаза.
Уставшие.
Без макияжа.
Но живые.
Впервые за последние три месяца в них не было страха перед завтрашним днём.
В этот момент телефон завибрировал.
Сообщение от Артёма:
«Марин, ты чего устроила? Мама плачет. Вернись, поговорим…»