Перед тем как её увезли в операционную, сестра попросила оставить нас вдвоём.
— Алин, только скажи мне правду. У меня ещё когда-нибудь получится стать матерью?
Я крепко прижала её к себе.
— Пока никто не может утверждать, что у тебя больше нет надежды. Сейчас самое важное — восстановить твоё здоровье.
Лера молча кивнула, продолжая плакать.
Через несколько минут медики начали готовить её к хирургическому вмешательству.
Денису велели покинуть отделение, пока не будут установлены все обстоятельства произошедшего. Игорь остался обсуждать ситуацию с заведующим.
Операция длилась несколько часов.
Когда из операционного блока наконец появился хирург, я мгновенно поднялась.
— Доктор, пожалуйста, скажите, как моя сестра?
Он убрал медицинскую маску и с усталой улыбкой произнёс:
— Всё прошло успешно. Яичник удалось сохранить.
Я закрыла глаза, чувствуя невероятное облегчение.
Но следом врач добавил:
— Правда, в ходе операции обнаружилось ещё одно обстоятельство. Его необходимо дополнительно изучить.
— Что за обстоятельство?
Он внимательно посмотрел на меня.
— Судя по всему, образование появилось намного раньше, чем предполагала ваша сестра. И теперь некоторые факты из её медицинской истории требуют отдельного разбирательства.
Глава 5. Последний секрет и начало другой жизни
Я ощутила, как сердце снова бешено заколотилось.
— Доктор, что же вы там увидели? Прошу, не скрывайте!
Хирург предложил мне сесть.
— В ходе вмешательства стало ясно, что образование достигло значительных размеров и, скорее всего, формировалось на протяжении нескольких месяцев. К счастью, его удалось полностью удалить, не затронув яичник. Образцы тканей направлены на гистологию. До получения результатов делать окончательные заключения преждевременно.
— Почему же тогда другие врачи ничего не обнаружили?
— Именно на этот вопрос необходимо получить ответ. Если документы, которые показывали пациентке, действительно были сфальсифицированы, придётся выяснить, кто занимался их изготовлением и почему.
Когда Леру доставили обратно в палату, действие препаратов ещё не закончилось. Я находилась возле её кровати и не отпускала руку сестры. Впервые за много месяцев на её лице отсутствовала та привычная тревожная улыбка, за которой прятались страдания, о настоящей причине которых она даже не догадывалась.
Спустя несколько часов Лера пришла в себя.
— Алин…
— Я рядом, моя хорошая.
— Меня уже прооперировали?
— Да, сестрёнка. Всё закончилось благополучно. Врачам удалось сохранить яичник.
Она некоторое время лежала молча, после чего тихонько спросила:
— А что с малышом?
У меня перехватило горло.
— Лера, ты не была беременна. Я понимаю, насколько тебе сейчас тяжело. Но теперь обман раскрылся. И больше никому не удастся заставить тебя существовать внутри придуманной им истории.
Сестра сомкнула веки, и по её лицу потекли слёзы.
— Знаешь, что больнее всего? Я ведь уже видела в своих мечтах, как прижимаю доченьку к груди. Каждый вечер разговаривала с ней перед сном. Покупала крошечные носочки. Даже представляла, как однажды буду рассказывать ей истории о нашей семье…
Я обняла Леру, и мы обе разрыдались.
На следующий день нас навестил Игорь.
— Лера, предварительное срочное исследование тканей не обнаружило признаков злокачественного заболевания. Но окончательный ответ мы получим после полного анализа. В дальнейшем тебе обязательно нужно наблюдаться у гинеколога.
Сестра впервые за долгое время слабо улыбнулась.
— Значит, надежда родить ребёнка у меня всё-таки осталась?
— Разумеется, судить о возможности материнства по одному диагнозу нельзя. Мы проследим, как проходит восстановление, а затем вместе с репродуктологом обсудим дальнейшие варианты.
Денис неоднократно пытался встретиться с женой, но она категорически отказывалась. Впоследствии Лера выяснила, что супруг действительно снабжал её фальшивыми заключениями и утаивал назначения специалистов. Родные помогли ей получить консультацию юриста, а история с медицинскими документами стала поводом для официального разбирательства.
Спустя два месяца пришло окончательное гистологическое заключение: образование оказалось доброкачественным. Лера понемногу возвращалась к нормальной жизни. Она перебралась к маме и начала строить своё будущее практически с нуля.
Однажды вечером мы вдвоём перебирали коробки, наполненные вещами для младенца.
— Может, всё выбросим? — осторожно предложила я.
Лера достала маленькие белоснежные носочки и долго держала их перед глазами.
— Нет, пока оставим. Я хочу сохранить их. Только теперь они будут напоминать мне не о малыше, которого мне обещали, а о том, через какие испытания пришлось пройти.
Она бережно вернула носочки в коробку.
Минуло ещё несколько месяцев. Лера начала бракоразводный процесс и снова вышла на работу. Медицинские обследования больше не вызывали у неё прежнего страха. Она научилась самостоятельно общаться с докторами и требовать понятных ответов на свои вопросы.
И вот однажды раздался её звонок.
— Алин, представляешь, я записалась к репродуктологу! Хочу выяснить, какие возможности у меня теперь есть.
Я невольно улыбнулась.
— Сестрёнка, как же я за тебя счастлива!
Игорь услышал наш разговор и нежно обнял меня.
— Знаешь, что я осознал после того вечера? Страшнее всего бывает ложь, которую человек однажды произносит из страха, а затем продолжает поддерживать год за годом.
Я до сих пор часто возвращаюсь мыслями к тому семейному вечеру. Мы радовались скорому появлению малыша, даже не представляя, какая ужасная тайна скрывается за нашим счастьем.
Нам казалось, что совсем скоро в семье родится новый человек. Но в действительности Лере самой предстояло словно появиться на свет заново — освободиться от чужого обмана, постоянного страха и решений, которые за неё принимали другие.
И теперь я совершенно уверена: порой истина причиняет невероятные страдания, но именно с неё начинается дорога к настоящему спасению.
Конец.