— А где котлеты? Я же вчера вечером нажарила целую миску, штук двадцать там было, не меньше, — Ирина растерянно смотрела в пустую кастрюлю, одиноко стоявшую на полке. Она перевела взгляд на брата мужа, который сидел за столом. Денис лениво ковырялся в зубах, отодвинув от себя тарелку, на которой остались лишь жирные разводы и крошки панировки. Он даже не подумал убрать за собой, хотя весь день просидел дома. — Ну, съел я их, — безразлично отозвался родственник, не отрывая глаз от телефона. — Вкусные получились. Только соли маловато, в следующий раз побольше добавляй. И гарнира никакого не было, пришлось с хлебом доедать.

— О, пир устроили! — весело воскликнул он. — А я-то думаю, почему на кухне такая тишина. Решили ресторан на дому организовать? Правильно, иногда отдыхать тоже надо. Что заказали?

Ирина спокойно достала два контейнера и положила рядом две вилки.

— Это мне и Артёму, — сказала она.

Денис застыл в дверях. Улыбка мгновенно исчезла с его лица.

— В смысле? А мне?

— А для тебя, Денис, ничего нет, — невозмутимо ответила Ирина, даже не подняв глаз. — Ты ведь уже пообедал котлетами. Двадцать штук съел. Полагаю, до завтра голод тебе не грозит.

— Вы сейчас серьёзно? — Денис возмущённо уставился на брата. — Артём, ты вообще слышишь? Твоя жена меня куском хлеба попрекает? Мы вроде одна семья!

Артём, уже успевший начать ужин, чувствовал себя крайне неловко.

— Денис, ну действительно… Ты съел всё, что Ира приготовила. Мы оба вернулись с работы голодными. А эти блюда заказаны порционно, на двоих.

— Могли бы на троих заказать, не разорились бы! — фыркнул брат. — Совсем жадными стали. Родному человеку еды пожалели. Пойду хоть чай попью. Если вы и чай ещё на замок не закрыли.

Он демонстративно удалился и с грохотом захлопнул дверь комнаты.

— Может, зря ты настолько резко? — тихо произнёс Артём. — Он всё-таки обиделся.

— Пусть обижается, — отрезала Ирина. — Артём, я всё решила. Больше на троих я готовить не стану. Буду делать еду только для нас. Или вообще перестанем готовить дома. Я не нанималась бесплатно обслуживать твоего брата.

— Ира, ну как это будет выглядеть? Мы же все в одной квартире живём. Не прятать же кастрюли?

— А зачем их прятать? Просто я больше не собираюсь наполнять их едой для него. Хочет есть — магазин рядом. Пусть покупает продукты и готовит самостоятельно. Руки у него на месте.

На следующее утро Ирина приготовила завтрак: ровно два бутерброда и две чашки кофе. Когда Денис наконец выполз на кухню, на столе ничего не осталось.

— А завтрак где? — спросил он, заглянув в почти пустой холодильник. — Там же вчера яйца лежали.

— Лежали, — спокойно кивнула Ирина. — Два яйца. Я сварила их для нас.

— Ира, ты опять начинаешь? — раздражённо протянул Денис. — Мне теперь что, голодать?

— Денис, — Ирина продолжила собираться на работу. — Магазин находится за углом. Там продаются яйца, хлеб, масло — вообще всё необходимое. Плита исправна. Приятного аппетита.

— У меня денег нет, — недовольно буркнул он. — Я вообще-то работу ищу.

— Это уже твоя проблема, — жёстко ответила Ирина. — Ты взрослый мужчина. Живёшь здесь бесплатно, за коммуналку, электричество и интернет не платишь. Я не обязана вдобавок ещё и кормить тебя.

Прошла неделя. Обстановка в квартире напоминала затишье перед сильной грозой. Ирина не отступала. Она готовила строго две порции. Если еда оставалась, женщина раскладывала её по контейнерам с надписями «Обед Артёма» и «Обед Иры».

Денис злился. Пытался давить на жалость, постоянно жаловался брату. Но Артём, видя, насколько устала жена, только разводил руками:

— Денис, Ира права. Устройся уже хоть куда-нибудь.

Однажды Ирина вернулась домой и обнаружила на кухне настоящий разгром. В раковине возвышалась гора грязной посуды, плита была заляпана жиром, по столу и полу рассыпана мука. Посреди стола стояла сковорода с чем-то основательно подгоревшим.

— Что здесь произошло? — спросила она.

Денис появился из комнаты, дожёвывая кусок хлеба.

— Решил приготовить себе сам, раз ты у нас забастовку устроила. Нашёл муку и яйца. Хотел что-нибудь пожарить. Но всё пригорело. Сковородка у вас отвратительная, к ней всё прилипает.

Ирина подошла ближе. Её новая сковорода с качественным покрытием была безнадёжно испорчена. Судя по глубоким царапинам, Денис скрёб по ней металлической вилкой.

— Ты испортил посуду, — тихо сказала женщина. — Израсходовал последние продукты и устроил здесь свинарник. Кто всё это будет убирать?

— Сама уберёшь, не развалишься! — рявкнул Денис. — Довела человека! Я здесь от голода уже еле ноги таскаю, а она из-за какой-то сковородки устраивает трагедию!

Именно в этот момент домой вошёл Артём.

Он услышал последние слова брата, и выражение его лица моментально изменилось.

— Денис, — произнёс он очень тихо, но твёрдо. — Ты каким тоном разговариваешь с моей женой?

— А что она? — продолжал кричать брат. — Есть мне не даёт, теперь ещё грязной посудой попрекает!

— Собирай вещи, — сказал Артём.

— Что? — Денис даже не сразу поверил услышанному. — Ты меня выгоняешь? Из-за сковородки?

— Нет. Из-за того, что ты совершенно нас не уважаешь. Я терпел, пока ты просто жил за наш счёт. Но повышать голос на Иру в моём доме я тебе не позволю. Она работает до изнеможения, а ты даже собственную тарелку вымыть не можешь.

— И куда я сейчас пойду? Уже вечер!

— Автобусы ещё ходят. Поедешь к маме. Деньги на билет я дам. Собирай вещи.

Денис наконец понял: на этот раз выкрутиться не получится. Артём, который прежде постоянно уступал и старался сгладить любой конфликт, сейчас словно превратился в камень.