— Знаете, в чём заключается самая большая трагедия клоуна? — Геннадий Ветров прищуривает свои добрые, немного хитроватые глаза. — В том, что даже когда он плачет, зрители продолжают смеяться. А если ему действительно невыносимо больно, он всё равно должен вытащить из кармана красный поролоновый нос. Иначе публика потребует вернуть деньги за билеты.

Этот удивительный человек-оркестр, неиссякаемый источник юмора и один из самых узнаваемых артистов «Аншлага», отметил своё 68-летие. Геннадий Ветров появился на свет 18 ноября 1958 года в Макеевке, среди шахтёрских терриконов и суровых пейзажей Донбасса. Однако ему удалось превратить собственную судьбу в необыкновенный спектакль, где искромётный юмор постоянно переплетается с настоящими человеческими переживаниями.
За улыбкой артиста скрываются годы упорного труда, четыре брака, болезненные расставания и неожиданное счастье отцовства в возрасте, когда многие мужчины уже становятся дедушками.
- Шахтёрская семья, дедушкина гармонь и необычный бюст Карла Маркса
- Как Геннадий Ветров едва не «утопил» Юрия Гальцева
- «Мои тётушки всегда на грани фола»: почему женские образы стали его визитной карточкой
- Четыре брака, болезненный развод и несостоявшаяся карьера жены в «Блестящих»
- Новый мужчина, рождение сына и откровенная сцена перед зрителями
- Стюардесса из Архангельска, разница в 28 лет и дочь, родившаяся, когда ему исполнилось 58
- Ветер, который не собирается утихать
Шахтёрская семья, дедушкина гармонь и необычный бюст Карла Маркса
Отец будущего юмориста, Анатолий Иванович, сначала трудился в шахте, добывая уголь, затем стал мастером бетонного цеха. Позднее он неожиданно сменил профессию и начал работать парикмахером.

Мать, Валентина Фёдоровна, была связана с торговлей и ежедневно имела дело с цифрами и бухгалтерскими счётами.
Но особенное влияние на маленького Гену оказали бабушка Ефросинья и дедушка Иван.
Именно дед, прекрасно владевший гармонью, стал для мальчика первым настоящим музыкальным наставником.
— Дедушка так исполнял «Цыганочку», что, казалось, стены нашего панельного дома начинали дрожать, — вспоминал артист. — А я забирался под стол и колотил ложками по кастрюлям. Можно сказать, это и был наш первый семейный джазовый ансамбль.
Творческая энергия буквально переполняла мальчика с раннего детства.
Уже в четыре с половиной года он устроил собственное представление прямо в подъезде. Между лестничными перилами натянул простыню, превратив её в импровизированный театральный занавес.

Первыми зрительницами стали соседки, возвращавшиеся из магазинов с авоськами. Вместо настоящих денег они расплачивались с маленьким артистом пуговицами.
Геннадий с детства умел превращать самые обычные вещи в настоящее представление.
В семь лет он попробовал себя и в кинематографе. На любительскую камеру снял фильм под названием «Заговор курильщиков», в котором самостоятельно исполнил роль строгого милиционера, преследующего дворовых хулиганов.
А однажды в школьные годы решил проявить способности скульптора.
Из глины, принесённой отцом с бетонного завода, мальчик вылепил бюст Карла Маркса.
Работа получилась настолько внушительной и суровой, что учительница истории, по воспоминаниям артиста, даже прослезилась от впечатления и поставила ему пятёрку с плюсом.
Однако дорога к профессиональной сцене оказалась далеко не прямой.
После окончания школы Геннадий поступил в инженерно-строительный институт. Учился добросовестно и в итоге получил диплом инженера-сантехника.

Вот только заниматься трубами и сантехническим оборудованием всю жизнь ему совершенно не хотелось.
— В какой-то момент я понял, что ремонтировать унитазы — совсем не моё предназначение, — шутил Ветров. — Моё настоящее дело — исправлять людям настроение. Это гораздо труднее, зато грязи меньше.
Как Геннадий Ветров едва не «утопил» Юрия Гальцева
Следующим важным этапом стала учёба в Ленинградском государственном институте театра, музыки и кинематографии.
Геннадий поступал на направление музыкально-речевой эстрады.
Конкурс был огромным, а характерный южнорусский говор абитуриента едва не помешал ему осуществить мечту.
Серьёзным испытанием стало и знакомство со строгим преподавателем Исааком Штокбантом.

Но именно в стенах театрального института судьба свела Ветрова с Юрием Гальцевым.
Позднее эти два артиста стали известными юмористами, однако их творческие отношения не всегда были безоблачными.
— Мы с Юрой словно находились в одной лодке, — рассказывал Геннадий. — Причём лодка была студенческая, дырявая. Иногда каждый из нас пытался грести в собственную сторону, потому что обоим хотелось добиться признания. Конкуренция была серьёзная. Помню, однажды на капустнике я чуть не огрел его веслом по затылку, когда он использовал мою шутку. Но потом мы попили чаю, условно залатали лодку и продолжили плыть дальше.
По словам Ветрова, настоящей вражды между ними никогда не возникало.
Оба слишком высоко ценили талант друг друга, чтобы превращать творческое соперничество в личную неприязнь.
