— В моей жизни было очень много женщин, — однажды откровенно признался Сосо Павлиашвили. — Это был грех, за который позже пришлось расплачиваться. Но грех, надо сказать, сладкий…
Среди этих женщин оказалась и одна из самых ярких певиц своего времени — по крайней мере внешне точно — Ирина Понаровская. Сегодня Павлиашвили 61 год, и уже почти половину своей жизни он счастлив рядом с Ириной Патлах, которая родила ему двух дочерей. О романе с Понаровской артист старается говорить как можно меньше, но время от времени всё же возвращается к воспоминаниям об этой бурной связи.
Содержание
«После этого я пошёл на почту и написал жене, что мы расстаёмся»
«Ты первый открыл мне любовь, и я тебя боготворю, мой Бог»
«Сейчас скрывать это уже смешно, а тогда мы маскировались изо всех сил»
«После этого я пошёл на почту и написал жене, что мы расстаёмся»
В конце 1980-х в Юрмале проходил знаменитый конкурс молодых исполнителей. На сцене молодой грузинский певец производил сильное впечатление — в его взгляде было столько страсти, нежности и внутреннего огня, что остаться равнодушной было сложно. Ирина, которая входила в состав жюри, не смогла устоять перед обаянием 25-летнего Сосо. Между ними мгновенно вспыхнул роман, несмотря на заметную разницу в возрасте: певице тогда было уже 36.
— Потом у нас были совместные концерты. Мы ездили в Чехословакию или Австрию, выступали, кажется, в посольстве. Там мы уже по-настоящему сблизились, подружились, много разговаривали и поняли, что похожи во многом. Насколько я помню, она тогда вообще собиралась уйти со сцены, выйти замуж и уехать. Но в какой-то момент всё словно взорвалось, — вспоминал позже Павлиашвили.
К тому времени Ирина уже была свободна: за её плечами оставался семилетний брак со вторым мужем, джазовым музыкантом Вейландом Роддом. Когда-то она была уверена, что это навсегда, а сам Родд рассказывал, что влюбился в неё с первого взгляда — ещё тогда, когда увидел её по телевизору после триумфа в Сопоте. До личного знакомства прошло несколько лет. Позже он выступал у неё «на разогреве», и между ними быстро возникла близость.
— Я делал ей массаж и вдруг понял, что хочу эту женщину. Но для меня это было табу: я был женат, у неё тоже был муж. Я сделал ей массаж, а она сказала: «Я хочу тебя». Я никак не ожидал такого. Понятно, что и я этого хотел, вот так всё и случилось. А потом я пошёл на почту и написал своей жене, что мы расходимся. Я не знал, что будет дальше, но жить иначе уже не мог, — вспоминал Вейланд.
Понаровская ушла от мужа. Родд позже признавался, что поначалу ему было неловко открыто показывать их отношения. Ирина была знаменитостью, а он сам, по его словам, переживал из-за цвета кожи, ведь даже на Западе межрасовые браки тогда ещё не воспринимались как нечто обычное. Тем не менее они поженились и мечтали о ребёнке, но долгое время эти мечты не сбывались.
Однажды на гастролях к Ирине подошла молодая женщина с младенцем на руках — девочка была завёрнута в грязное одеяло, а её ногти были накрашены. Певица, как рассказывают, мгновенно поняла, что мать относится к ребёнку скорее как к игрушке. Из жалости она забрала малышку Бетти в свою семью. А спустя два года у неё родился долгожданный сын Энтони. После этого, как утверждалось, Бетти оказалась никому не нужна и попала в детский дом…
Сама Ирина говорила, что именно Родд настоял на том, чтобы избавиться от девочки. По её словам, сил у неё тогда хватало лишь на сына, и отстоять приёмную дочь она не смогла. Но и сам брак к тому моменту уже начал рушиться. Супруги развелись, а затем долго и тяжело делили Энтони.
Вейланд даже увёз сына с собой на гастроли, и Понаровской пришлось буквально разыскивать бывшего мужа вместе с ребёнком. Сам Родд позже рассказывал, что был потрясён тем, как Ирина вынесла из дома всё до последней вещи, оставив лишь стены, и насколько жёстко оборвала отношения, будто между ними и не было лет общей жизни и счастья. По его словам, она также не давала ему общаться с сыном.
«Ты первый открыл мне любовь, и я тебя боготворю, мой Бог»
Причину охлаждения Родд видел в том, что у Понаровской появился молодой возлюбленный — танцовщик из её балета по имени Влад. Этот роман продлился около года, а затем и он остался в прошлом: в жизни певицы появился Сосо Павлиашвили, который буквально свёл её с ума.
— Сотрудники гостиниц, где мой коллектив останавливался после того, как оттуда уезжали Павлиашвили и Понаровская, всё время говорили мне одно и то же: «Ах, Велл, ну почему вы расстались? Какая вы были прекрасная пара! И как вы относились к Ирочке! Носили её на руках! А Сосо ведёт себя с ней как с прислугой: сам лежит в постели, а её гоняет — то за кофе, то за пирожными. Она всё делает молча, а на лице у неё страдание!» — возмущался Вейланд.
Ходили и другие разговоры: например, что именно Понаровская якобы оплачивала Павлиашвили проживание в Москве, когда тот приезжал из Тбилиси. При этом он был женат, и в Грузии его ждали супруга и маленький сын. Сосо женился ещё во время учёбы в консерватории — его избранницей стала пианистка Нино Учанейшвили. Она дождалась его из армии, и вскоре после возвращения они сыграли свадьбу, а затем у пары появился ребёнок.
Но когда Павлиашвили начал стремительно подниматься на музыкальный Олимп, верность, как многие считали, отошла для него на второй план. Он легко увлекался женщинами, и роман с Понаровской оказался далеко не мимолётным — они были вместе около четырёх лет.
Близкие певца отзывались о его знаменитой возлюбленной с большим теплом. В то время Ирина находилась на пике популярности, и даже сестра артиста Мака Павлиашвили позже с нежностью вспоминала, как Понаровская присылала из Москвы вещи для её новорождённых детей.
«Я её обожаю, очень люблю — и как певицу, и как человека», — говорила она.
Но, несмотря на серьёзность этих отношений, Сосо так и не ушёл от жены ради Ирины. Когда их роман закончился, Понаровская долго никак его не комментировала, а сам Павлиашвили лишь осторожно признавал, что чувства были — сильные и настоящие, и что именно они отчасти отразились в его музыке.
— Чувства были, конечно. И ещё было огромное доверие. Ирина — великая женщина, со своей красотой, мудростью, взлётами и ошибками. Но ведь всё это и должно быть в настоящей женщине.
Если я джентльмен, то должен оставаться им до конца. Я видел несколько передач с Ирочкой — она о наших отношениях не говорит. Значит, не считает нужным возвращаться к этой теме. Значит, и мне нельзя, — так отвечал Сосо журналистам, когда те пытались вытащить подробности.
От самой Понаровской долгое время можно было услышать о Павлиашвили лишь в связи с творчеством. Именно он написал для неё целый альбом песен.
— Это невероятно талантливый человек. Он буквально продлил мне сценическую жизнь. В середине восьмидесятых я хотела уходить со сцены. Наверное, просто устала. Сын только родился, я много отдавала ребёнку. Было чувство хронической усталости, сомнения, мысли о том, чтобы всё оставить. Но с появлением его песен всё изменилось. Именно Сосо остановил меня. С ним пришёл ответ на вопрос, как жить дальше. Меня вернули на сцену, — говорила Ирина.
К тому времени Понаровская тяжело переносила пиелонефрит, а гастрольная жизнь плохо сочеталась и с лечением, и со здоровым образом жизни.
— У неё были серьёзные проблемы с почками, боли были страшные. Но она всё равно выходила на сцену и пела. Я не помню ни одного сорванного концерта. Очень часто приходилось вызывать врачей. Я стоял рядом и видел, как в гримёрку заходят медики, — вспоминал Павлиашвили.
Конечно, многие были уверены, что Ирина ждала от него предложения. Но сам Сосо подобные догадки отвергал.
— Я никогда не обманывал женщин. И никогда в жизни не давал обещаний, которые потом не смог бы выполнить, — отвечал он.
То есть, по сути, обещаний не было, а значит, как будто и обмана тоже. После их романа остались фотографии, воспоминания и несколько песен, которые Сосо написал для Ирины. Среди них — знаменитый хит «Ты — мой Бог».
Ты — мой Бог
Пусть все об этом знают
Ты — мой Бог
Ты первым мне сумел
Открыть любовь
И тебя я боготворю
Мой Бог
«Сейчас скрывать это уже смешно, а тогда мы маскировались изо всех сил»
Со временем годы взяли своё: звёзды повзрослели, стали чаще появляться в телевизионных шоу и доставать из памяти истории, которые раньше предпочитали прятать. Теперь уже и сама Понаровская не скрывает, что четыре года была в отношениях с Павлиашвили.
— Это была самая большая любовь. Одна-единственная. Чувства были очень сильные. И знаете, он ведь весь состоит из любви. Он любит всё вокруг. Он вообще очень любвеобильный человек, — признавалась Понаровская.
И действительно, Сосо не собирался разводиться с женой ради Ирины, но сама певица утверждала, что и не требовала этого от него.
— Он был глубоко женат. Для меня вообще это был единственный случай в жизни, когда я связалась с женатым мужчиной. Не могу сказать, что всю жизнь вымаливала этот грех, но для себя я эту историю решила в пользу порядочности. Я поняла: его сын не должен лишиться отца только потому, что я уведу его из семьи. Это было бы неправильно, — объясняла артистка.
Так что, по её словам, точку в этой истории поставила именно она — и сделала это сама, не потому что разлюбила.
— Могу сказать, что распорядилась всем в этой истории я сама. И сделала это на пике влюблённости. Не потому что чувства ушли, не потому что он сделал мне что-то плохое, — говорила Понаровская.
В своей автобиографической книге певица тоже вспоминала о романе с грузинским артистом.
— Сейчас уже даже смешно это скрывать, а тогда мы маскировались как могли. Я вообще человек нескрытный, и мне было очень тяжело делать вид, будто нас связывают только песни и репертуар. Но приходилось. Я ведь действительно внедрилась в его семью, хотя и Сосо, конечно, дал слабину — не было такого, что я его поманила пальцем, а он побежал. Это было взаимное притяжение, вспышка, — писала она.
— Я боготворила его за талант, который просто лишил меня разума. Помимо того, что Сосо был моложе и очень красив, он был фантастически одарён. Он писал для меня такие песни, у нас были такие дуэты — всё было словно в сказке. Я варилась в каком-то волшебном котле, в той эстетике, которую всегда обожала, — делилась певица.
Но самое примечательное — в другом. В той же книге, признаваясь, что в какой-то момент буквально потеряла волю от страсти, она в итоге весьма жёстко прошлась по Павлиашвили. И вовсе не за то, что он так и не женился на ней, а за, как ей казалось, предательство собственного таланта.
По мнению Понаровской, в какой-то момент Сосо захотел больше денег, славы и массового признания, прекрасно понимая, что с тем тонким искусством, с которым он когда-то ворвался в шоу-бизнес, добиться этого будет непросто. И тогда, как считала она, он выбрал более простой путь — стал играть на узнаваемом образе, подчёркивать «грузинскость», надевать кепки и в каком-то смысле превращаться в сценический персонаж.
Ей казалось, что Павлиашвили предал своё искусство, потому что не реализовал свой дар в полной мере. По её словам, публика ждала от него именно определённого типажа — «грузина», и он дал ей этот образ, хотя уровень его таланта, как она считала, был совершенно иного масштаба.
Понаровская даже упрекала бывшего возлюбленного в том, что он сознательно сохраняет акцент в песнях на русском языке, хотя, по её словам, на репетициях никакого выраженного акцента у него не было. Она полагала, что если человек хочет оставаться верным национальному образу, то тогда и петь ему нужно по-грузински, а не по-русски с нарочитой интонацией.
По её мнению, за годы он почти не вырос как артист, а главным его достижением стало лишь внешнее благополучие — роскошный дом под Москвой, красивая жизнь, эффектная жена и дети. А вот вопрос о том, куда ушёл его настоящий талант, для неё так и остался открытым.
Со своей первой женой Павлиашвили всё же развёлся, но произошло это вовсе не ради Понаровской. С 1997 года артист жил в фактическом браке с певицей Ириной Патлах, которая моложе его на 16 лет. У них родились две дочери — Елизавета и Сандра.
В 2014 году прямо со сцены Сосо сделал Ирине предложение. Что любопытно, сама она к официальному браку особенно не стремилась. А в конце 2020 года Павлиашвили и Патлах обвенчались.
У Ирины Понаровской личная жизнь, напротив, так и не сложилась по-настоящему счастливо. Она ещё раз выходила замуж, но и этот союз распался. И хотя артистка с горечью признавалась, что рядом с Сосо в итоге оказалась другая женщина, она всё же говорила о нём с теплом и радовалась, что её самая большая любовь обрела семейное счастье.
— Мы оба страшно страдали — и я, и он. Из-за этого через два года я и вышла замуж за своего последнего мужа, за Пушкаря. Но это уже был брак «по разуму», потому что Дима — человек очень интересный. Мы с Сосо вообще ещё очень долго приходили в себя после расставания.
И он пытался строить новые отношения, и я вышла замуж, но в итоге ни у него, ни у меня сразу ничего не складывалось так, как должно было. Но потом прошло время, и годы всё расставили по местам. Сейчас, слава богу, у него прекрасная семья, которую он очень любит. Его жена расцвела, превратилась из маленькой девочки, которая многое пережила рядом с ним, в красивую, зрелую женщину.
То, что у Сосо сложилась настоящая семейная жизнь, видно в каждом их совместном появлении. И я очень рада, что нашёлся человек, который сумел сделать его счастливым, — признавалась Понаровская.